— Ох, беда-то какая… — Запричитала бабка Лида, поджимая губы и качая головой. — А коли не
справимся мы? Девка-то тяжёлая, если что не так пойдёт?
— Не мели дурного! — Рявкнул старик, сбивая с тулупа снег и вешая его на гвоздь. — Она
молодая, здоровая. Срок ещё не такой и большой. Чай, за месяц не разродится, а там…- Он
подошёл к железному сундуку и достал из него бутыль мутного самогона, выгружая его на стол.
— А там я и Кузьмича приведу. Он её осмотрит. Ты чё, мать, сама не рожала или роды не
принимала? Что там не так-то пойти может? Откуда занесло, оттуда и выйдет. Делов-то!
И ведь как в воду глядел. В аккурат через месяц дверь открылась, и на пороге появился
дородный мужик с окладистой бородой. Оглядев избу зелёными глазами, он гулко хмыкнул.
— Ну, Архиповна, показывая свою находку. Какую приблуду из леса примело?
Он скинул огромную волчью шубу, и я охнула, вжимаясь в кровать. Вы видели когда-нибудь
снежного человека? Я нет… Вот до этого самого времени. Он заполнил собой всё пространство
маленькой комнаты. Ему пришлось даже вжать голову в плечи, так как он реально не помещался,
упираясь макушкой в потолок.
— Ну? — Он пододвинул ногой табурет и плюхнулся на него, тот тоскливо затрещал. — И кто тут
у нас?
— Маша… — Пискнула я, садясь на кровати и подтягивая колени к груди.
— Митрич, — Он обернулся. — А чего ты мне говорил, что у неё память отшибло? Вот как бодро
на мой вопрос ответила.
— Быстрый ты, Кузьмич, как я посмотрю. — Усмехнулся дед, разжигая самовар. — С твоей бы
скоростью токма вшей ловить. Ты чё другое у неё спроси. Про Машку это она хорошо выучила.
А дальше вопросы, на которые у меня не было ответы. Я, стоящая в чём мать родила,
обхватившая себя руками. Когда он выслушивал и выстукивал мои легкие, а потом… Стыдоба…
Лежала с раздвинутыми ногами, пока он меня осматривал, копошась между ног, надавливая на
живот.
— Ну что, Снегурочка… — Он смахнул с рук воду и взял с крючка полотенце, вытирая огромные
лапищи… — Скажу я вам, барышня, что здоровьем бог вас не обидел. На сегодняшний день мне, по
большому счёту, и придраться не к чему.- Он сел и достал из медицинского чемоданчика бланк
медицинской карты. — Дыхание жестковатое, да тонус матки чуть повышен. А всё остальное…
токма вопросы к вашей памяти. Мне вас пока девать некуда. Вы до райцентра не дойдёте, машина
до вас не доберётся по бездорожью. Дорога-то тут одна, да по ней только летом можно
проехать. А сейчас… — Он махнул рукой. — Тухлое дело. Всё, что на колёсах встанет намертво.
Места тут такие, что самое то прятаться да убегать, так что… Вот только я и буду забегать к
вам раз в две недели, пока дороги не прочитсят.- Он стал что-то писать, я, вытянув шею,
пыпалась разобрать его каракули, но… Пффф…. Шифр, который и сам чёрт не разберёт. — Митрич!
— Крикнул он, оборачиваясь к двери, которая тут же скрипнула.
— Вы закончили? — Откашлявшись, спросил дед.