— Нет смысла в обыске! — вскричал Хармон. — Я оставил Сферу в горах, могу назвать место!
— Покиньте корзину, — приказал Халинтор.
Тогда Охотник коротко двинул Куиндара под дых. Митра слетела с головы, граф согнулся, Охотник перевалил его через борт корзины.
— Хватайте, друзья!
Хармон и Гортензий схватили, потянули Второго, а Охотник выхватил кинжал и рубанул веревку. Халинтор, солдаты и монахи рванулись вперед, но Чара уже подняла лук. Стрела ударила в камень под ногами шерифа, брызнули искры. Халинтор отскочил, Чара выпустила еще три стрелы — стремясь не убить, а только замедлить, заставить искать укрытие. Она выиграла несколько секунд, и в это время шар поплыл вверх, а Охотник уцепился за обрубок веревки и повис под корзиной.
— Масла! Масла!
Хармон щедро плеснул в горелку, огонь жарко вспыхнул, шар стал набирать высоту — но слишком медленно. Охотник летел в ярде над землей, монахи бежали за ним, вынимая из-под сутан дубинки.
— Не бейте его! — сообразил Викентий. — Если упадет, шар улетит! Не бейте, а хватайте!
Крепкие руки братьев поймали Охотника за ногу, но он ловко лягнул одного в лоб, другого в шею. На миг освободился, поднялся на фут, снова был пойман. Чара перегнулась через борт, скрипнув тетивой. Стрела вошла монаху точно в зад, и он упал, выпустив ногу Охотника.
Хармон плеснул еще масла, но вдруг завопил от резкой боли. Куиндар опомнился и ударил торговца кулаком в пах. Когда тот согнулся, схватил за волосы, припечатал коленом в лицо, щвырнул на дно корзины. Выхватил нож.
— Я не! — залепетал Гортензий. — Я не-не-не!
Забыв о нем, Куиндар замахнуся в спину Чаре. И тут же упал, как и Гортензий, и лучница. Все полетели на дно от резкого толчка: шар врезался в стену обители.
— Охотник! — несвоим голосом закричала лучница.
Отбросила мужчин, будто те не весили и фунта. Одним ударом выбила нож у графа. Свесилась за борт:
— Охотник! Охотнииик!
— Я здесь, миледи.
Он все еще висел на веревке. И больше того: упирался ногами в стену, шел по ней вверх, помогая шару одолеть препятствие.
— Охотник… — повторила Чара, чуть не смеясь от облегчения.
Куиндар потянулся за ножом, но Хармон отнял его:
— Не стоит, ваша милость. Лучше не мешайте трогательной сцене. А то, знаете ли…
Корзина поднялась над краем стены. Охотник уперся ногами в зубец, подпрыгнул, схватился за борт. Чара потянула его внутрь.
— Луки к бою! — закричали внизу.
Раздался топот ног, скрип тетив.
— Какие луки… — выдавила Чара, кряхтя натуги.
— Согласен, миледи: монахи с оружием — как недостойно…
— Молчи и лезь!
В этот миг, когда Охотник и Чара были заняты друг другом, а Хармон с Гортензием корчились на дне, прячась от стрел, граф Куиндар поднялся на ноги. Схватился за веревки, перемахнул через борт — и спрыгнул на стену. То был отчаянный ход. Секунду граф качался на самом краю над Бездонным Провалом, но вот поймал рукою зубец и отступил от пропасти. Крикнул своим людям: