Мизуки замолчала, выдерживая театральную паузу. Я решил ей подыграть и дурашливо всплеснул руками, удивленно восклицая:
— Сколько? Сколько? Не томи! Два человека? Три?
— Да ну тебя, — поджала губы Мизуки. — Я же серьезно хочу тебя порадовать, а ты…
— Ладно, это я после сэнсэя ещё не перестроился. У него что ни слово, то подколка. Сато-сан, приношу свои глубочайшие извинения. Я не хотел вас расстроить, а тем более не хотел ляпнуть очередную глупость.
Мизуки только покачала головой. Она кивнула на сакэ. Я оказался из понятливых и разлил рисовую водку по двум пиалам. Третью пиалу, мою, Мизуки наполнила сама.
— Малыш, ты не понимаешь. Это же легальный способ получить миллионы, миллиарды, а ты сейчас сидишь и прикалываешься. Неужели тебя мандраж не берет от перспектив?
— Нет, не берет. Я равнодушен к деньгам. Они как уходят, так и приходят. Вот мы сейчас с тобой выпьем сакэ, порадуемся, постебемся, поржем. Получим удовольствие от общения, а утром выссым всё это сакэ, а может ещё и головную боль получим. Так же вот и с деньгами. Сегодня они есть, а завтра пфук! и их нет. Так чего же о них беспокоиться?
— Малыш, для своих лет ты много философствуешь. Давай лучше выпьем за то, чтобы и дальше наше сотрудничество приносило обоюдную пользу. Кампай!
— Кампай! — поддержал я и выпил горьковатую жидкость.
Она скользнула в желудок, опалив по дороге вкусовые сосочки. В голове приятно зашумело. Захотелось поболтать ни о чем и обо всём.
— Так что ты имеешь против денег, малыш?
— Я слышал одну историю про человека по имени Тельман, — вспомнил я хозяина «Черкизона».
— Еврей? С этой жадной нацией всегда какие-нибудь неприятности происходят, — категорическим тоном ответила Мизуки.
— Может быть и еврей, я точно не помню. Но не суть. Он был владельцем одного очень крупного рынка. Настолько крупного, что, по сути, это был «город в городе».
— И где же это было?
— Я точно не помню, — отмахнулся я и продолжил. — Так вот, у этого человека были баснословные деньги. Тысячи людей были в его подчинении, на его праздниках собирался высший свет…
— Да где же это было-то? Если высший свет, то я должна была слышать о таком.
— Ты дашь мне рассказать, или так и будешь перебивать?
— Извини, рассказывай, конечно. Наливай и рассказывай…
Я налил в её пиалу, а она налила в мою. В знак уважения даже налила до краев. Я благодарно кивнул:
— И вот, этот самый Тельман вознесся настолько высоко, что подумал о себе, как о высшем существе. Внизу копошилась всякая чернь, а он летал среди облаков и звезд. Но ему напомнили, что как бы высоко ты не летал, какой бы гордой птицей не был, но всегда найдется охотник с ружьем, который может приземлить. И нашлись люди, которые не побоялись войти на территорию «города в городе». Они не взяли мзду, а прошлись каленым железом по мерзости и гнилью. В итоге весь рынок был разогнан. И тот, кто летал среди облаков, вдруг оказался никому не нужен. Нет, он был нужен властям для заточения в тюрьму, но ни друзьям, ни товарищам он уже не был нужен. Наоборот, они отвернулись от него так поспешно, что даже имя поспешили забыть. Хотя недавно только пели и пили вместе. Он лишился всех денег, теперь скрывается и вынужден думать о том дне, когда его предадут остальные. Так что большие деньги не всегда приносят большое счастье…