Он что-то пробормотал в ответ, но разобрать можно было только «банк» и «сумасшедший». Лестно.
Через пару кварталов я резко свернул в узкий переулок, где пахло помоями и старым камнем. Заглушил двигатель.
— Выходим. Быстро.
— Мы не доехали… — ответил он.
— А мы вскоре доедем. Нам только нужно сменить телегу на что-нибудь попроще. Это слишком заметная.
Флик послушно поковылял за мной к запылённому серому «Опелю», припаркованному в глубине перулка, под ржавым пожарным выходом. Машина ничем не примечательная, серая мышь в стае городских мышей. Ключи были под левым колесом. Я открыл пассажиру дверь.
— Пересаживаемся. Ваш лимузин слишком кричит о вашем статусе. А нам сейчас нужна тишина. Да, если всё-таки соберутся в погоню, то будут гнаться за лимузином, а не за «Опелем».
Пока Флик, кряхтя, уселся на потрёпанный синий велюр. Я уселся за руль.
Чёрный лимузин тем временем ожил и плавно выкатился из переулка. За рулём сидела фрау Шнайдер, её лицо было невозмутимо и строго. А на заднем сиденье, в той же позе, что минуту назад занимал Флик, теперь сидел манекен в пальто и шляпе. Если не приглядываться, то запросто можно принять за Флика. Ловушка для возможной слежки должна была сработать. Пусть побегают за манекеном, пока настоящий Фридрих будет расплачиваться за грехи прошлого.
Я завёл «Опель». Двигатель затрясся, затарахтел, но завёлся. Мы выехали с другой стороны переулка и снова влились в поток, теперь уже совершенно незаметные.
— Смотрите, герр Флик, — я кивнул в сторону, где на параллельной улице мелькнул знакомый чёрный силуэт лимузина. — Ваш двойник поехал развлекаться. А мы с вами — на деловую встречу. Тише едешь — дальше будешь.
Флик смотрел в окно на уплывающий лимузин, и в его блеклых глазах плескалась ненависть.
А наш серый «Опель» тем временем неторопливо, как обычная машина самого обычного бюргера, начал двигаться к отделению банка.
Я вёл машину и вспоминал, как мой пассажир и его концерн делали свои делишки. Как они подкупали партии, чтобы те давали им некоторые послабления.
Да-а-а, на протяжении многих лет политические партии, представленные в Бундестаге, получали от Флика и его концерна крупные суммы наличными. В карманах представителей Христианско-демократического союза (во главе партии скоро должен встать Гельмут Коль) оказалось несколько миллионов марок. Представители Христианско-социального союза также получили в общей сложности несколько миллионов марок, а члены Свободной демократической партии «освоили» шесть с половиной миллионов марок. Рядом с каждым получателем денег в списке стояло сокращение «wg.» («за») и пояснение, кому именно и за что предназначались выплаты.