— А теперь господа, согласитесь, такое событие следует широко отпраздновать. Но время всё-таки военное, поэтому праздник мы заменим парадом моих войск, а праздничные расходы городской казны уйдут на повышение обороноспособности кантона. Укрепления на границе с Францией требуют ремонта и улучшения. За ваш счет, господа, исключительно за ваш счет…
Эти пройдохи надеялись, что их имущество не пострадает и казна города останется в их цепких ручках. Почти угадали. Вот только после того, как я все ценности городской казны конфисковал, им придется постараться, чтобы выплатить необходимую мне сумму. Сбросятся, никуда не денутся. Город тут жиреет на транзитной торговле. Так что средства найдутся.
Вернулся в помещения, которые заняли мои штабисты. Сюда по телеграфу поступали сообщения про продвижения нашей армии. И они меня не радовали. Казалось, что всё, что только мои командиры могут сделать не так, они не так и делают. Вспомнилось о подленьких законах Мерфи. И их не менее подленьких интерпретациях. И так получилось, что все пошло не по плану. Да знаю я, знаю. Любая война идет по плану только до момента ее начала. Потом все идет по х… А… не будем о грустном. Так вот! Все наши неприятности начались с саксонского корпуса. Он успешно занял Кройцлинген, и занялся грабежами… Конечно, себе саксонцы этот город забрать не могли (соглашение не позволяло), но грабить-то зачем? И вместо броска к Винтертуру они дошли до Пфина и продолжили грабить окрестности. А в это время прусский корпус уже стоял в Винтертуре и ждал подхода саксонцев.
Прибыв в штаб, узнал, что неприятности от союзников только начинались. Саксонцы совершенно внезапно отказались от продвижения к Винтертуру и пошли наступать на Санкт-Галлен. Да, эти земли им и обещали, ну так что, нет могли дождаться окончания боевых действий? На мои гневные телеграммы генерал-фельдмаршал и по совместительству брат короля, Альберт Саксонский просто не отвечал. У меня возникли вполне обоснованные подозрения, что саксонцы снюхались с Веной и решили именно австрийцам помочь отхватить от Швейцарии кусок побольше. Но пока что австрийцы не двигались с места. Поведение саксонцев настораживало, поэтому надо было ускорить продвижение войск. И я отдал приказ Первому Баварскому корпусу наступать на Цюрих, где соединиться с пруссаками. А второй должен был, оставив небольшой гарнизон в Бадене начать осторожное продвижение на Берн. Задача — подойти как можно ближе к столице конфедерации и связать войска швейцарцев боем до подхода гвардейского баварского корпуса, который вышел им на помощь. В Баден же должны были прибыть прусские гвардейцы для развития дальнейшего наступления. А что делать с саксонцами? Пусть решает отец. В конце можно им урезать долю пирога во время послевоенной дележки! Но мысль о том, что в Саксонии как-то неправильно думают короли, у меня твердо засела в голове. А что? В Европе грядет эпоха террора. Королей будут валить если не пачками, то весьма активно. Кто знает, что произойдет с саксонскими монархами?