Все это я прокачал за секунды, пока, выйдя из машины, шел навстречу принимающей делегации, в числе которой была и Линь.
К немалому их восторгу я сразу перешел на ханьский и разразился приветственной речью в их духе, суть которой сводилась к тому, как мне приятно тут быть, какие они замечательные и как я восхищаюсь их страной под мудрым правлением императора…
Их ответная речь была похожей на мою, правда, они еще уделили внимание тому, какой я замечательный и как хорошо говорю на их языке. Мол, это сближает наши культуры и ясно показывает, как их тут уважают. Раз даже принц озаботился этим, то что уж говорить об остальном народе. В общем, мы похвалили друг друга, стоя на пороге, после чего мне предложили пройти внутрь.
Внутри оказалось все очень помпезно — красные с золотом дорожки, огромные залы, высокие, украшенные затейливой резьбой колонны. Ну, и конечно, портреты императора ханьцев и членов его семьи в золотых тяжёлых рамах украшали стены на каждом шагу.
Меня с поклонами провели в большой конференц-зал, в котором уже находились человек пять. Четверо из них были одаренными дамочками, а одна даже в ранге князь. Приветливо раскланявшись, мы уселись за круглый стол, на который сразу выставили легкие напитки — ни разу не алкоголь! — и сладости.
Ну да, я ж сюда не есть приехал, а разговоры вести. А сладкое — оно само по себе настраивает на позитивный лад. Вот попробуйте есть вкусную шоколадку и одновременно с этим злиться. Не получится. Так что все они сделали правильно.
Рядом со мной примостила зад заместитель Лопухина, Елена Сергеевна Елецкая, опытный дипломат и востоковед. Это она будет контролировать, чтобы хитропопые ханьцы меня не надули.
С другой стороны оказалась Строганова Ирина Валерьевна, в чине полковника имперской службы охраны — эта для того, чтобы меня не грохнули.
Ну, и еще куча всякого народа, который придавал солидности моему визиту, но на хрена они тут в реальности, я не понял. Но раз так надо, значит, надо — визит-то официальный.
Напротив нас уселись ханьцы во главе с их послом Лю Гучаном, доводившимся каким-то дальним родственником их императору. Кстати, моего знакомого по приему тут не было. Из уважения к хозяевам страны разговор велся на русском, чтобы потом не возникло недопонимания.
В общем, я пока молчал, потому как переговоры взяли на себя наши представители. В принципе, все и так было ясно, но требовалось, так сказать, закрепить личным участием.
Обговорили, где и когда, кто и за кем. Я почти уснул, если честно. Немного радовала лишь сидящая напротив меня Линь с каменным лицом. Непривычно было видеть ее такой. И чего она так напряглась? Ну да ничего, скоро узнаю.