Он кивнул, убрал папку обратно в портфель.
— Спокойной ночи. Увидимся через три дня.
Уходя, он поцеловал ей руку — сухо, церемонно, без страсти. Затем вышел, оставив после себя запах дорогого одеколона и сигарет.
Анна подождала, пока затихнут шаги в коридоре, потом подошла к двери, прислушалась. Охрана, — двое, как и сказал Карл, — переговаривались на лестничной клетке. Но слов было не разобрать. Она вернулась в комнату, села на кровать, сняла туфли, легла. И заплакала. Тихо, почти беззвучно, в подушку, чтобы не услышала служанка, которую тоже приставил к ней Хорстер. Анна Зуева чувствовала себя в мышеловке.
Когда уже над лесом догорал закат, следы привели отряд к небольшой деревеньке. Она возникла впереди из серой лесной мглы внезапно, как только чаща поредела, — десятка два изб, разбросанных по берегу неширокой замерзшей речушки, протекающей сквозь лес. Половина домов превратилась в сожженные пепелища с почерневшими печками, сиротливо торчавшими на месте жилья. Еще несколько изб не сгорели, но стояли разрушенные, с покосившимися заборами и провалившимися крышами. Ни жителей, ни скотины, ни собак, — ни единого признака обычной деревенской жизни. Только черные провалы окон, смотрящих на лес, как пустые глазницы.
Ловец поднял руку. Отряд замер за его спиной на краю леса в густых зарослях молодого осинника. Он достал бинокль, — трофейный, цейсовский, забранный у убитого немецкого офицера еще под Поречной, — и принялся вглядываться в дома на пригорке.
— Тишина в деревне, — прошептал Смирнов, залегший справа. — Словно вымерли все.
— Не вымерли, — Ловец кивнул в сторону дальней избы, где из печной трубы поднималась тонкая струйка дыма. — Видишь, как дым стелется? Значит, протопили наспех на сыроватых дровах. Немцы там.
Чодо подполз ближе. Здоровой рукой он указал на снег перед деревней:
— Вон там следы саней, командир. Обрываются у того сарая с левого края. Свежие следы, сегодняшние. Немцы здесь. И Клава здесь. Я чувствую.
Ловец повернулся к Смирнову, потом жестами подозвал поближе Панасюка и Чодо, чтобы выдать им указания:
— Деревня небольшая. Да и половина домов сожжена. Немцы сидят тихо. Похоже, они собираются отдохнуть, дождаться темноты, а потом идти дальше. Может быть, готовят быстрый прорыв к своим в ночи. — Он провел пальцем по карте, которую держал раскрытой на сумке-планшете. — Немцы могут попытаться просочиться через болото ночью, сделать крюк, чтобы выйти к шоссе и перейти его там, где у наших пока редкие патрули. Я на их месте поступил бы также.
— Значит, надо брать их сейчас, — сказал Панасюк, хмурясь. — Пока они не ушли.