Было уже за полдень, когда УАЗик остановился перед контролько-пропускным пунктом какой-то воинской части. Пыль, которая тянулась за ним длинным хвостом, догнала машину, и накрыла нас облаком. Водитель притормозил метров за пять до шлагбаума, машина качнулась и встала. Двигатель он не глушил. Солнце стояло почти в зените, и казалось, что оно не просто светит, а давит сверху, как многотонный пресс. Воздух стоял неподвижный, тяжёлый, пропитанный пылью и запахом разогретого металла. Даже звук двигателя будто вяз в этом жаре.
За шлагбаумом виднелась такая же выцветшая, выжженная солнцем территория. Низкие здания, редкие деревья с пыльной листвой, белесая бетонка, по которой уже много раз прошли сапоги и прокатились колёса армейской техники. Всё вокруг будто давно перестало замечать жару и пыль, смирилось с ними и просто существовало, не пытаясь казаться лучше, чем есть.
Смуглый солдат, а побелевшей от солнца «афганке» уже стоял у дороги, чуть сбоку от проезда, чтобы видеть и машину, и будку. Автомат на ремне, ствол вниз, но держит крепко. Подошёл на пару шагов ближе, не суетясь. На его куртке проступили соляные разводы, ткань успела пропитаться потом и высохнуть, наверное, уже не один раз. Он производил впечатление хоть и молодого, но битого жизнью солдата. Видно было — стоит он тут давно, наверное, не первый час.
— Стой. Кто едет? — С легким акцентом громко сказал боец, хотя мы и так уже остановились.
— Конь в пальто! — Хохотнул лейтенант. — Молодец Рахимов, службу знаешь. Пополнение прибыло.
Офицер открыл дверь, вылез, поправил ремень и потянулся. В руке у него был опечатанный портфель с нашими документами. Только сейчас я его разглядел как следует. Портфель выглядел так, будто его уже не первый год возят по таким же КПП — углы сбиты, кожа потёртая, ручка, к которой была прикреплена сургучная печать, уже местами потрескалась.
Солдат с автоматом на реплику лейтенанта никак не отреагировал, а с каменным лицом кивнул в сторону домика КПП:
— Старший с документами на КПП, остальные в машине.
Офицер жизнерадостно заржал, одобрительно кивнул бойцу и пошёл к одноэтажному домику, стоящему справа от ворот. Дверь открылась — внутри тень, стол, телефон. Солдат остался снаружи, рядом с машиной.
В УАЗике было душно, и я открыл дверь, чтобы хоть немного вдохнуть свежего воздуха.
— Сидеть! — Смуглый боец отреагировал мгновенно, слегка подняв автомат, и уставившись на меня злым глазами. Ствол чуть повёлся в мою сторону, не направленно, но так, что сразу стало понятно — ещё движение, и уже не предупреждение будет.