Компания дружно и громко заржала, перепугав стайку воробьев, деловито снующих по дороге, в поисках горячего питания, парящего на холоде.
С рыцарями на въезде в Грумант, и в самом деле, обстояло весьма паршиво! Ни одного доспешного болвана! Разумеется, никто из компании на суровую судьбу Панктократору не пожаловался — и не подумал даже! Чем меньше рыцарей, тем спокойнее!
Воротная стража на свежеприбивших не обратила ни малейшего внимания, по причине поголовной занятости. Стражников били какие-то ухари, разодетые точь-в-точь, как оставшиеся за спиною покойники — в черно-белые поддевки с длинными, сейчас закатанными рукавами. Они, по мере сил отвечали, не желая сдаваться без боя.
Мелькали кастеты и колья, свистели в воздухе кистени и незамысловатые обрезки цепей, опасно блестели в скудном северном солнце блики на длинных клинках с обломанными кончиками — ножи ломали специально, по морским законам, чтобы не колоть насмерть в драке, а лишь кровить шкуру, полосуя, пусть даже и до мяса. Если на поясе или шее висит нож с целым клинком, дороги тебе в моряки не будет! И не пытайся! С трапа скинут и веслом по башке стукнут, чтоб не выплыл.
Несколько человек катались по вытоптанному снегу, делая бело-грязное красным. Двое стражников отмахивались короткими алебардами от наседающих черно-белых. Те азартно наскакивали, но на рожон лезть не спешили — удачный удар мог снести голову или развалить тело от плеча до задницы.
Компания проехала мимо, не торопясь кидаться с головой в водоворот местной жизни. Сперва надо осмотреться. Вдруг стражников за дело бьют?..
В воротах валялся «полосатый», с перехваченным горлом и топором в руках. Конь Керфа наступил мертвецу на ладонь, всхрапнул, замотал головой.
— Тихо, тихо, малыш! — похлопал мечник по шелковистому теплому боку. — Дядю уже убили, он не кусается.
— Красивая жизнь, она другая, — невпопад произнес Рош и заулыбался.
Судьба поддержала отставного стражника коротким взвизгом. Тут же замолчала под укоризненным взглядом мяура, который ехал на седле Лукаса.
Остальная компания промолчала — да и что тут скажешь-то? Веселится народ, и пусть его!
У ворот, где продолжалась увлекательная резня, кто-то отчаянно заверещал. Крик резко оборвался.
— Пластаются, будто братья на меже, — скривился Рыжий.
— Может, и вправду, братья, — произнес Флер. Мастер гиен подъехал поближе к телеге, успокаивающе погладил волнующуюся от запаха крови Судьбу, и продолжил философствовать: — один решил пойти на сторону света, а второму тьма была милее, вот в стражники и подался. Оттого и режутся, что не быть воде и маслу смешанными…