Но похоже, самому Тагирову на них наплевать. Он будто и не замечает их, не реагирует на болтовню.
Зря так думаю.
Реакция все же следует. Просто не сразу. Тагиров еще раз проходится по мне внимательным взглядом. Для того, чтобы это заметить даже очки не нужны. Чувствуется физически, кожей.
А потом все происходит в мгновение ока.
Тагиров сбивает одного типа с ног. Потом другого. Его движения жесткие, размашистые, молниеносные. И эти зэки не пытаются ему сопротивляться. Однако кажется, у них бы и не получилось.
Нет, один вроде бы пробует что-то сделать.
Похоже, надеется убежать.
Но Тагиров хватает его за горло. Сзади. Грубым рывком возвращает обратно. И… впечатывает в стену лицом. Слышится омерзительный хруст, надрывный вскрик.
Рефлекторно всхлипываю.
Тагиров оборачивается. Вбивает тяжелый взгляд в меня.
— Чего смотришь? — спрашивает хрипло.
Ответить ему не получается. Вся леденею изнутри.
Но разве он сам не понимает, что это жуть?
— Отвернись, — бросает отрывисто.
И продолжает избиение.
Размеренно. Методично.
Дикость…
Хочется зажать уши. Закрыть глаза. Но я не могу ни шевельнуться, ни хотя бы просто моргнуть.
Поэтому вижу все.
Как летят кровавые брызги. Как Тагиров продолжает безжалостно дубасить этого типа, нанося ему все новые и новые удары.
Тот сначала пробует что-то сказать. А потом уже не пробует. Просто скрючивается на полу, стараясь прикрыть голову руками.
Второй тип верит, что сможет тихо улизнуть, пока Тагиров занят.
Но нет. И до него доходит очередь.
Первый получает особенно мощный удар в голову. После Тагиров переключается на второго. И тому достается еще сильнее.
На это невозможно спокойно смотреть.
Они ужасные люди. Собирались надо мной надругаться. Но то, что делает с ними Тагиров, не поддается никакому описанию.
Будто живьем забивает. Голыми руками убивает.
Вскрикиваю снова.
Тагиров отбрасывает от себя окровавленного зэка. Поворачивается ко мне и с недовольством выдает:
— Сказал же, не смотри!
Металлические ноты в его голосе все же позволяют сбросить оцепенение. Наконец, отвернуться. Сильнее вжаться в стену, безотчетно стараясь слиться воедино с холодной каменной поверхностью.
А я думала, что в моей первой школе были жестокие драки.
Через время мы переехали в другой район, более благополучный. А там… было страшно.
Старшеклассники часто устраивали разборки. После уроков, за школой.
Однажды парню сломали руку и ногу. Приезжал наряд полиции.
Тогда я думала, хуже не бывает. Теперь понимаю, что даже та драка, где парней с трудом разнимали их приятели, была просто ребячеством на фоне того, что вижу тут.