— А у нас есть партия? — усмехнулся я.
— Насчёт партии не уверен, честь и совесть народа точно есть — Проф, — ответил Фазан. — И он сказал мне, чтобы бэха поехала.
— Как думаете, с ним всё окей? — спросил я. — А то он ведёт себя несколько странно…
— Это нормально после контузии, — ответил Ронин. — И это хорошо, что у вас есть форсреген — так восстановление было бы не гарантировано. Я думаю, то, что он сейчас странный — это больше психологическое, чем физиологическое. Фантомная боль или как вы это называете…
Я задумался об этом.
А ведь и вправду — после залечивания тяжёлых ранений форсрегеном, КДшников преследуют фантомные боли. Чем контузия головного мозга принципиально отличается от других ранений? Да ничем.
— Значит, его полностью отпустит через месяц-два, — кивнул я.
Меня самого до сих пор преследуют фантомки в плечах от того случая со сраным беркутом…
— А у нас есть хоть какое-то подобие плана по поводу ростовских? — поинтересовался я.
— И не такие метели в ебало летели, — ответил мне Фазан. — Большими силами они до нас зимой не доедут — нужно дороги чистить, а это палево и риск закидывания колонн камиками. А оно им не сдалось даром. Я бы, на их месте, что-то предпринимал только с конца апреля.
— Здесь не Сибирь, — покачал головой Ронин. — К середине марта снега уже не будет. Но будет грязь, примерно до середины апреля.
— Так то на то и выходит! — воскликнул Фазан. — До весны время есть, а это значит, что надо процитировать классика: «Надо качаться!»
— С каких пор Щека стал классиком? — усмехнулся я.
— С тех самых, когда его мудрые изречения стали особенно актуальны, Студик! — ответил Фазан.
— Нет у нас времени до весны, — не согласился с его мыслями Ронин. — Самая эффективная оборона — это активная оборона.
— По-граждански можешь перефразировать? — попросил Фазан.
— Это значит, что мы должны атаковать, — объяснил Ронин. — В нынешних условиях, чтобы воевать из Ростова с Волгоградом, нужно приложить серьёзные усилия, потому что просто доехать — это даже не десятая часть задачи. Нужно настроить логистику, доставить к переднему краю живую силу и бронетехнику, а затем методично штурмовать вражеский город. А это означает предварительную разведку и кропотливую работу. Это будет очень тяжело, в нынешних реалиях на земле.
— Если это так тяжело, то нахрен им этим заниматься? — задал очень резонный вопрос Фазан. — Они же даже не знают наших сил и возможностей!
— Та битва в Волгодонске — это крайне серьёзный репутационный ущерб, — ответил Ронин. — И дело не в соседних поселениях, которых легко может и не быть, ведь эта группировка ведёт очень агрессивную политику, а во внутренних потребителях. Их отряд потерпел серьёзное поражение, о чём точно узнали мирные жители и внутренняя оппозиция. Пиджак, раз сумел построить такое на руинах города, далеко не глупый человек, поэтому прекрасно понимает, что мы нанесли тем поражением структурный дефект его организации. И этот дефект нужно устранить, любой ценой, потому что от этого зависит устойчивость его власти.