Среагировав на угрозу, нависшую над Натальей, я вырвал из-за пояса револьвер и, взведя курок, выстрелил в голову вооружённого молотком. Промахнуться в застывшего Нефёдова с расстояния в метр было невозможно. Так что пуля пробила его лоб точно посередине и, вырвав большой кусок черепа из затылка, окропила частичками мозга и кровью, салон скорой помощи.
Тело Нефёдова ещё продолжало стоять, когда его облачённый в ультрамодный адидасовский костюм, здоровенный дружок, взревел словно раненый зверь. Отпустил руки девушки, Адидас бросился на меня. Патронов в револьвере не осталось, так что пришлось принимать нападавшего так, как научила моя прошлая ментовская жизнь.
Проигнорировав широко расставленные руки противника, я замахнулся и влепил ему по темечку рукоятью револьвера. Это не выбило из московского мажора всю дурь, но заставило притормозить и инстинктивно схватиться за разбитую голову. После этого он снова попытался меня схватить, но получив расчётливую подсечку, уткнулся носом в брусчатку.
А потом я уселся на спину трепыхающегося противника и начал наносить удары рукоятью по затылку, так, словно забивал гвозди. Разговоры разговаривать уже поздно, и я не собирался оставлять кого-то из этой испорченной парочки в живых. Пришлось мочить Адидаса наглухо.
После десятого удара, проломленной череп обильно залило кровью, и парень перестал трепыхаться. Почувствовав, как его тело обмякло, я на автомате добавил контрольный удар. Затем поднялся на ноги и огляделся.
Арку со стороны внутреннего двора перекрывал грузовик Урал с армейскими номерами. Со стороны переулка её перегораживали кованные воротами с фамильным вензелем Графа. И хотя больше никого рядом видно не было, чувство перманентной опасности меня не отпускало. А ещё я подсознательно понял, что упускаю нечто важное из вида.
Быстро осмотрев лежавшую на брусчатке Наташку, я увидел закатанные кверху зрачки и услышал слабенький стон девушки. Похоже, несостоявшаяся жертва мажоров находилась под воздействием какого-то медицинского препарата и явно не понимала, что происходит вокруг. Такой расклад меня вполне устраивал.
Схватив за лацканы пиджака тело Нефёдова, я вытянул его из салона скорой помощи, и приняв единственно верное решение, потащил к порталу. Когда до клубящегося сгустка тьмы оставалось не более метра, затолкнул мертвеца внутрь. После этого точно так же поднял здоровяка в адидасовском костюме и в этот момент почувствовал, что он, несмотря на раздробленный череп, всё ещё жив. Более того, глаза Адидаса открылись, и он вполне осознанно уставился на меня.