Я собрала кудри в высокий пучок, позволив нескольким прядям мягко обрамить лицо. На запястье блеснул браслет с ключиком — его подарок. И с ним, будто с амулетом, я вышла во двор.
Шум бассейна встретил меня, как всплеск музыки. Марина плавала в воде, смеясь, а Марк брызгался рядом, как мальчишка. На террасе звенели бокалы, кто-то щёлкал пальцами в такт гитаре, запах жареного мяса смешивался с ароматом цитрусовых.
И среди всего этого — он. Я заметила его сразу.
Даня лежал на шезлонге, вытянувшись лениво и уверенно, как хозяин этого мира. Тёмные солнцезащитные очки скрывали его взгляд, и это раздражало сильнее всего. Я не знала, следит ли он за мной или равнодушно наблюдает облака.
Рядом с ним, словно декоративный аксессуар, расположилась Карина. Слишком яркая, слишком нарочито счастливая. Она улыбалась, будто мне наперекор, и крепче прижималась к его плечу.
Я сделала шаг по раскалённой плитке, потом ещё. Горячие камни обжигали ступни, но я шла медленно, с той самой уверенной походкой, которую отрабатывала перед зеркалом. Я чувствовала, как ткань купальника облегает каждое движение, как браслет с ключиком звенит на запястье.
Мир будто сузился до этого пути — от двери виллы к бассейну, мимо него.
Я обошла бассейн медленно, будто каждая плитка требовала моего внимания. Солнце отражалось в воде, слепило, но я не торопилась — наслаждалась каждым шагом. И села на бортик как раз напротив его шезлонга.
Марина плескалась в воде, Марк рядом нырял и смешно подныривал под неё, заставляя её смеяться. Карина лениво перелистывала журнал и в перерывах между страницами вставляла фразы в разговор.
— Слушай, Марк, — сказал Демковский, поправив очки и чуть приподнявшись на шезлонге, — на следующей неделе надо будет созвониться с партнёрами в Италии. Их условия по кастому тачки меня не очень впечатляют.
Я сделала вид, что лениво опускаю ладонь в воду, но уши мои напряглись.
Марк и Даня были не просто друзьями. Вместе с Романом Вершининым, третьим компаньоном и их лучшим другом, они создали компанию, которая прогремела далеко за пределами Испании и России. Эксклюзивные автомобили — их стихия. Они занимались не просто продажей машин, а превращали каждую из них в произведение искусства.
Роман был мозгом и стратегом: переговоры, сделки, партнёрства, контракты — всё это было его территорией.
Марк был одним из первых основателей компании и отвечал за связи с клиентами — он мог очаровать кого угодно, от миллиардера из Дубая до коллекционера из Токио.
А Даня был художником в их бизнесе. Он отвечал за дизайн и кастомизацию: интерьеры, редкие материалы, уникальные детали, которые делали машину единственной в своём роде. Его идеи ценили так же, как руки мастеров, воплощавших их в жизнь.