Потом были продукты. Родители удивлялись, откуда в кухонном шкафу берутся упаковки дорогого кофе или мои любимые мюсли, которые они никогда бы не купили.
— Наверное, акция в магазине, — пожимала плечами мать, даже не глядя на меня.
А я знала. Я видела уведомления от него. Он заходил в наш подъезд. Он просачивался в мою жизнь, как невидимый газ, заполняя собой все щели.
Самым жутким был случай с лекарствами. Когда я подхватила грипп и валялась с температурой под сорок, не в силах дотянуться до стакана воды, в дверь позвонил курьер.
— Доставка для Анны Сергеевны. Оплачено.
Внутри был полный набор: от жаропонижающих до витаминов и леденцов от кашля, которые я обычно покупала. И сообщение, от которого меня затрясло сильнее, чем от лихорадки: «Твое дыхание во сне слишком тяжелое. Выпей сироп, я прослежу, чтобы тебе стало легче».
Он не просто сталкерил. Он строил вокруг меня кокон. Отрезал от бытовых проблем, решал вопросы с хамоватыми клиентами, «заботился». Он вытравливал из моей жизни любой дискомфорт, чтобы в итоге стать моим единственным источником комфорта.
Я снова затянулась, чувствуя, как горький дым обжигает горло.
Мои мысли вернулись к чертежам на инженерном — там всё подчинялось законам физики и сопромату. У каждой конструкции был предел прочности. Мне было интересно: какой предел у него?
Я бросила окурок, придавила его носком ботинка и вернулась в зал. Пора было заканчивать смену.
— Марк, — позвала я баристу, который уже натягивал куртку. — Помнишь, ты предлагал подбросить меня до дома? Предложение еще в силе?
Марк, парень простой и шумный, расплылся в улыбке.
— Конечно, Ань! Поехали, а то темень на улице, мало ли кто бродит.
Я демонстративно взяла его под руку, когда мы выходили на парковку. Я почти чувствовала, как воздух вокруг нас начал вибрировать от чужого гнева. Черный внедорожник всё еще стоял там, в тени.
Мы подошли к старенькому «Гольфу» Марка. Он по-джентльменски открыл мне дверь, и я, прежде чем сесть, обернулась и медленно, вызывающе поправила волосы, глядя прямо в сторону тонированного стекла джипа.
— Спасибо, Марк. Ты такой заботливый, — сказала я громче, чем нужно.
В кармане бешено запульсировала вибрация. Одно, второе, третье сообщение подряд. Я не доставала телефон. Я села в машину и захлопнула дверь.
«Я предупредил. Если ты еще раз сядешь к нему в машину — он умрет. Я не шучу.».
Мурашки рваными волнами рассыпались по телу. Страшно. Чертов псих. Но не скажу, что мне не льстило его навязчивое внимание, как оказалось, он связан с полицией, а от этого может быть своя выгода, только надо придумать как использовать моего влюбленного "друга".