— Знаешь, как чемпионы могут выбивать денежки? Давайте!
В голове моей вдруг сталкиваются медные тарелки, а литавры рассыпаются напористым, ритмичным перестуком молоточков, молотов и кувалд. Это Свиридовское «Время, вперёд!» Ах, какой бы я снял видеоклип. Рабочие окраины, Ленинградские человейники, заводы, кующие, плавящие и корёжащие! По конвейеру едут снаряды, самолёты, и товары народного потребления.
И вдруг, решительные лица плохишей-боксёров. И чистые светлые лица афганцев-самбистов в чёрных костюмах. Частая смена планов. Драма! Нерв!
Там-там-там, та-дá-да! Взрыв! Магма! Расплавленный чугун!
Там-там-там, та-дá-да! Лица, искажённые решимостью.
Там-там-там, та-дá-да! Бело-красное крошево зубов! Брызги на стекле объектива.
Почему я не пошёл работать в кино? Всё ведь в жизни могло сложиться совсем иначе…
Тá-да, тá-да, тá-да, бьют молотки по рояльным струнам.
— Давайте! — командует Бекштейн и тут вступают фанфары, будто весь Ленинград одновременно включает программу «Время»…
Таааа, та, та, та, да, та-таааа….
Илья даёт отмашку и стаи конкурентов по соцсоревнованию сходятся в смертельной схватке. Я же хватаю его левой за грудки и, отступив на два шага, блокирую проход его боевикам, а правой легонько накидываю ему по мордасам. Действительно, легонько, только для острастки и в ритме литавр. Солдат, как говорится, ребёнка не обидит. На него у меня другие планы, но пусть немного понервничает.
Он крутит башкой, пытается вырваться и я чуть добавляю силушки, заставляя его взвыть. Денис прорывается вперёд, пытаясь вырвать из моих рук своего нанимателя.
— Незавидна судьба наёмника, — подначиваю я рыжего боксёра, — за деньги и на братушку руку поднимет. Да, Дениска?
Он не отвечает и, наконец, ему удаётся обойти Илью, оторвав от меня и запихнув себе за спину. Он резко выбрасывает левую руку вперёд, но расстояние между нами довольно большое, и я легко отклоняюсь. И, поскольку четверо на одного — это не очень спортивно и благородно, я принимая правила игры, применяю запрещённый приём, и бью ногой ниже пояса.
Сильно бью. Поэтому Денис скручивается в воющий клубок и валится на Бекштейна, сбивая его с ног. Стремясь скорее ввязаться в драку, двое спортсменов перескакивают через бортики и, переступая боком, двигаются ко мне по внешней стороне трапа.
Они в этот момент оказываются хорошими целями, чем я немедленно пользуюсь.
Там-там-там, та-дá-да!
Там-там-там, та-дá-да!
Одному в — кадык, другому — в ухо! Ах, ты уворачиваться? Ну, получай в затылок! Они падают в воду, как спелые груши с дерева, а я сбегаю по трапу на берег. Тут идёт заруба. Банда мясников пытается разделаться с фронтовиками. Ну, это, мягко говоря, не айс идея.