— Кайзерин, позвольте!
К Екатерине Алексеевне подошел юнкер, и дальше не говоря ни слова, снял с себя кирасу и с помощью барона надел ее на императрицу — та почувствовала, что сейчас упадет под такой тяжестью. Затем надел ей на голову свою треуголку, и крепкими руками подсадил ее на сидение. Наклонился, достал из-под него саблю, ухмыльнулся:
— Вам нужно поберечься, государыня, пули бывают шальными. А мне саблей сподручнее в бою биться!
— Вы правильно сделали, Георг. Вам кираса ни к чему, если под началом Зейдлица не служили как я, — барон усмехнулся и ударил себя крагой по кирасе. — А потому составьте своей персоной нашу вторую шеренгу, рубите тех, кто прорвется!
— Яволь, герр оберст!
Второй моряк ухватился сзади, и бричка понеслась, нахлестываемая новым кучером. Лейб-кирасиры ее конвоя и два спасителя держались сзади, лошадей не торопили, лица до удивления спокойные, что особенно поразило женщину — ведь преследователей было втрое больше.
Версту проскочили быстро, а вот дальше пошел песок, бричка сразу сбавила ход, но спустя сотню шагов снова пошел твердый грунт, и она, обернувшись, увидела, что барон остановил коня, развернул его. Кирасиры выстроились в одну линию, достали пистолеты из кобур. Юнкер держался за их спинами, спокойно сидя на коне.
— Русским не позавидуешь, ваше величество, — спокойно произнес моряк, чуть обернувшись. — На полном скаку влетят в песок, и получат залп из пистолей. Их кони сбавят прыть, а кирасиры разгонят своих лошадей и врежутся. И пойдет рубка!
— Вы правы, сэр, видел я раз такое, — отозвался второй моряк, — эти железные листы неплохо держат пули!
Немецкий язык моряка был скверным, но Екатерина Алексеевна его поняла. Женщина пристально посмотрела назад, хотя разглядеть было трудно, и место будущего боя удалялось. Но тут грянули выстрелы, и когда пороховой дым чуть рассеялся, она увидела, как всадники в белых колетах вовсю рубятся с преследователями в синих мундирах. Ей даже показалось, что видна узнаваемая нарядная форма кавалергарда, который размахивая шпагой, ринулся на юнкера, вот только больше ничего не увидела. Зато все прекрасно успел разглядеть моряк сзади нее:
— Это не человек, а дьявол с саблей — ему бы цены при абордаже не было. Срубил «фазана» одним ударом, и сейчас схватился с тремя «синими», свалил одного…
Впереди была видна синяя гладь залива — Екатерина обернулась — их догоняли пятеро всадников — по паре в синих драгунских и зеленых пехотных мундирах и нарядно одетый кавалергард без каски. Русские неотвратимо приближались, они были почти рядом, когда бричка снова въехала в короткую полосу песка.