— Я с радостью уйду. Просто укажите, пожалуйста, где мой пикап.
Она отвела взгляд и пробормотала:
— Да вы издеваетесь.
Потом ее голубые глаза снова впились в него.
— Я не видела здесь никакого пикапа.
— Тогда… как я сюда попал? — растерянно спросил он.
Несколько напряженных секунд она смотрела на него.
— Я. Не. Знаю. Все, что знаю, — вы мне здесь не нужны. Немедленно. Если еще раз увижу вас на своей земле, сначала выстрелю, потом буду задавать вопросы.
— Понял, — сказал он, когда желудок снова сжался. Он приоткрыл губы и задышал ртом.
— Вы ведь даже встать не можете, да?
Он услышал раздражение и усталость в вздохе, который последовал за ее словами. Кэл в жизни натворил немало глупостей, но незаконно проникать на чужую землю ему еще не приходилось.
— Я… мне просто нужна минута.
Когда она не потребовала, чтобы он немедленно поднялся, Кэл снова лег и закрыл глаза. Желудок отпустило настолько, что он перестал бояться, что его стошнит, но по опыту он знал: головная боль не пройдет еще несколько часов. Он попытался прийти в себя, заставляя сознание проясниться. Земля была твердой, утреннее солнце уже пригревало и быстро шло к удушающей жаре — дальше станет только хуже.
Какого черта он оказался на ранчо? Единственное воспоминание, которое удавалось вытащить из мутного сознания, — он сидел в баре у Айка и изо всех сил пытался залить тревоги алкоголем. Похоже, получилось. Ничего хорошего в том, чтобы ничего не помнить, не было. Уже давно он не напивался до полной потери памяти.
И с учетом того, как он себя чувствовал, это, скорее всего, был последний раз. Он уже слишком стар для подобного идиотизма.
— Давай.
Кэл открыл глаза во второй раз, когда понял, что ее голос стал ближе. Она присела рядом с ним на корточки.
— У меня полно дел. Тебе помочь подняться или оставить разбираться самому? — холодно спросила она.
— Честно говоря, не знаю, — ответил он. — Вы только что целились в меня из ружья.
— Я все еще могу выстрелить.
Его губы сами собой сложились в улыбку, и, черт возьми, на секунду показалось, что и у нее дернулся уголок рта, прежде чем она отвернулась. Он принял ее протянутую руку. С земли она не казалась ни высокой, ни особенно сильной. Очень скоро он понял, что ошибался.
Одним движением она поставила его на ноги и тут же удержала, взяв на себя большую часть его веса. Одна ее рука обхватила его за талию, в другой она по-прежнему держала дробовик. Поля ее шляпы едва доходили ему до подбородка. И именно тогда он понял, что его стетсона на нем нет.
Хотелось спросить ее имя, но он не знал, стоит ли настаивать, если она сама не представилась. Слова о том, что его кто-то прислал, не давали покоя. Его никто не посылал.