Я шел, и в голове одна за другой проходили разные мысли. Теперь нужно быть втройне осторожнее. Полиция будет следить за мной, я у них на крючке. Любой неверный шаг — и меня либо прижмут они, либо Север получит повод для расправы.
И тут, в самый разгар этих размышлений, я снова услышал резкий, визгливый звук тормозов. Рядом со мной остановился черный микроавтобус без опознавательных знаков. Задние двери распахнулись, и оттуда высыпали трое в черных балаклавах. У меня не было ни единого шанса даже сообразить, что же такое происходит…
Они молча, отработанными движениями схватили меня. Один зажал рот ладонью, двое других скрутили руки. Меня затолкали внутрь, надели на голову плотный мешок, пахнущий пылью и потом, и туго связали запястья за спиной. А мне становится как-то опасно гулять по улицам города. Почему каждый так и норовит скрутить меня и запихнуть в машину?
Я попытался кричать, но, быстро поняв бесполезность сопротивления, замолчал, экономя силы. Сердце бешено колотилось, кровь стучала в висках. Когда же это все закончится?
«Неужели снова полиция? — пронеслось в голове. — Решили продолжить давление? Куда они меня везут? В лес, копать себе могилу? Неужели эти мудаки думают, что смогут вот так вот сломать мой характер?»
Машина ехала недолго, минут пятнадцать. Потом я услышал, как открываются какие-то тяжелые, вероятно, железные ворота на автоматическом приводе. Мы проехали еще немного, и автобус остановился. Двери машины снова открылись.
Меня вытащили наружу и силой поставили на колени. Бетонный пол был холодным и неровным. Сорвали мешок с головы, наконец-то.
Свет поначалу резал глаза, но, когда зрение адаптировалось, я понял, где нахожусь. Это был склад. Тот самый склад, где мы с Севером когда-то разгружали первые ящики с кристаллами. Вокруг мрачными тенями стояли его люди. А прямо передо мной, дымя своей сигарой, стоял он сам… Север…
Его лицо было каменной маской, но в глазах бушевала буря. Он медленно подошел ко мне, наклонился и взял меня за подбородок, грубо приподняв голову.
— Ну что, Алеша, доигрался! — его голос был тихим, шипящим, как у змеи перед атакой. — Давай рассказывай дяде Северу, что ты делал в отделении полиции всю ночь? Только не надо врать, — он сжал мою челюсть так, что кости слегка затрещали, — мол, приняли за мелкое хулиганство или еще что-то в этом роде. Рассказывай правду! А я пока… Инструмент подготовлю, вдруг пригодится…
Он отпустил меня и неспешно прошел к одному из ящиков. Со скрипом открыл его и достал оттуда длинный кожаный рулон. Развернул его на соседнем столе. Внутри, поблескивая в тусклом свете, лежал набор мясника. Ножи разной длины и формы, небольшой, но увесистый топорик, тесак. Все лезвия были идеально наточены.