— Но ведь узнаю, — сказал мужчина. — Я даже больше скажу, я УЖЕ знаю все, что мне нужно, и жду только начала войны, — усмехнулся он. — То, что мне надо, это нанести как можно больший ущерб цели, вот и все. Согласие или несогласие этой женщины мне и вовсе не нужно.
— Я так понимаю, информацию вам выдал кто-то из нашей бравой четверки? — М-да, попали мужики. Не знаю, что им сделает Акеми, но уж то, что и я им бока намну, это точно.
— Это секрет, — улыбнувшись, произнес Антипов.
— Кирилл Романович, вы ведь понимаете, что информация, полученная от исполнителей, хоть и приближенных к власти, не может быть полной? — На что он, все еще ухмыляясь, дернул щекой. — А уж как военный, вы должны осознавать, что может случиться, если вы вмешаетесь в наши планы. Пусть даже с благими намерениями.
— Вы переоцениваете свой стратегический гений, — начал он уже не так уверенно. — Это всего лишь бандитская разборка.
Спокойно, Макс, спокойно. Он вполне имеет право так считать.
— Среди нас переоцениваешь себя именно ты. — А вот Акеми была не так терпелива, как я.
— А ты, женщина, — выделил он это слово, — вообще молчи. Ввязалась черт-те во что, не заботясь о своих людях, так теперь еще имеешь наглость других в тупости обвинять.
Акеми промолчала. Удивление от этого факта даже перебило нарастающее раздражение после слов капитана. Сейчас она сидела, поджав губы, крутила в руках бокал с вином и пялилась в стену. Может, потому она и позвала меня? Женское воспитание этого мира и этой страны не давало ей осадить условного союзника-мужчину. Брутального капитана спецназа, наверняка прошедшего не один смертельный бой. Вот в такие моменты я не мог не восхищаться ее силой воли и тем, чего она успела добиться к нынешнему моменту. Лично мне трудно представить все те трудности, через которые она умудрилась пройти и добиться нынешнего положения. Уверен, если бы не статус Антипова, тут уже давно бы началось рубилово, а так пусть и шестнадцатилетний, но парень — это все, на что она может сейчас рассчитывать. Если не хочет начать конфликт. Она, можно сказать, поставила меня перед фактом — я, мол, какая-никакая, а ТВОЯ женщина, значит, будь добр отвечать на нападки в мою сторону. Фактически меня сейчас официально признали старшим в нашей связке. А значит, и в этом разговоре.
— Эм… капитан, а сколько тебе лет?
— Что?
— Лет тебе сколько?
— Тридцать семь, — ответил он после небольшой паузы.
Мой сменившийся тон ему явно не понравился, но то ли любопытство из-за неожиданной смены разговора, то ли еще что заставило-таки ответить на мой вопрос.