Есть такая русская поговорка: хочешь насмешить бога — подай ему на ознакомление план мероприятий. Вот как-то так у нас и получилось: совместные с «новыми коломенскими» тесты, на которые по плану отводилось полдня, затянулись аж на неделю с лишком. Больше того, своим экспромтом награждательным Ивлев тот самый, плановый, день уничтожил примерно полностью, да и следующему тоже досталось.
Нет, мы честно попытались! Но абсолютно вся банда думала о чём угодно, только не о работе. Помучились пару часов, да и разбежались, в пять сек договорившись приступить по-настоящему завтра. Благо, генерал к тому времени уехал, а кроме него желающих возражать не нашлось.
Что делали до конца дня, думаю, вполне очевидно: отметили от души! Для большинства из нас госнаграда оказалась первой, только у Одинцева уже что-то было «за добросовестный труд, достижения и заслуги в сфере образования», да — неожиданно — один из аспирантов умудрился отслужить пограничником и зацепить там какую-то медаль.
Собрались в «перспективной».
Поначалу была мысль рвануть в «Теорию», туда даже отправили гонца из молодых, но, во-первых, через 5 минут припёрся и начал душнить подпол (и откуда узнал, гад⁈), а во-вторых — вернувшийся студент обломал бесповоротно: администрация бара не согласилась закрыть лавочку так вот сразу, без предупреждения. Типа, заранее надо заказывать, за неделю, не меньше. Ну и хрен тогда с вами, золотые рыбы! Тупо заслали Скиповских в магазин. В качестве приятного бонуса — ни ящики с пивом таскать не пришлось, ни выслушивать стенания Артемьева по поводу выхода ценных научных кадров за периметр.
Отмечали всей бандой, вместе с вояками, фобосами и врачами — по первости даже присесть некуда было! Прям как на рауте каком великосветском: все такие культурные, трезвые, ходят мелкими шагами с бокальчиками шампанского. Плюнуть хочется! Врачицы каким-то невероятным чудом умудрились приодеться в гражданское, завиться-накраситься — вот как можно было успеть? Внесли ложку мёда в нашу рабоче-крестьянскую банду сугубо мужского нечёсанного состава. Только Лина пришла вместе с нами из подвальной лабы как была, в джинсах и свитере, и переодеваться не захотела.
Меня очень здорово напрягал Либанов, нарезавший круги у дальнего окна с категорически зверским лицом. Неудивительно: в кои-то веки на награждение подскочила Алина, и теперь они с подполом мило ворковали у стола с закусками, не замечая ничего вокруг. Вот знал бы, что такая хрень приключится — не стал бы военных звать! Тем более, что им-то отмечать ещё нечего: Ивлев сказал, что их тоже всех наградят, но это будет когда-то, пока ничего не вручили.