Грусть Ведана была мне понятна — не для того кладовики появились на этот свет, чтобы отдавать кому-то деньги. Такой поступок был совершенно не в их натуре.
— Какие деньги вы должны ему вернуть? — ещё больше удивился я.
— Сегодня ночью из академии пропала скульптура «Воплощённой магии», — вмешался Штольцер. — Вечером статуя была на своём месте, а утром я обнаружил, что её нет. Главный экспонат выставки украли! При этом воры легко обманули охранную систему, которую установили господа кладовики.
— Этого не может быть, — вмешался неугомонный Репей. — Никто не знает про рассветный и закатный час, а в другое время обойти нашу систему охраны невозможно! Я думаю, ты сам стащил статую, а теперь валишь на нас. Признавайся, решил нас обмануть?
Тиша и Дивень скромно молчали, но по выражению их лиц я понял, что они согласны с братом.
— Что вы себе позволяете? — взревел Штольцер.
— Погодите! — решительно остановил я надвигающийся скандал. — Не так быстро.
Оглядевшись по сторонам, я нашёл свободный стул и сел на него.
— Вот, теперь другое дело. Рассказывайте по порядку.
— Александр Васильевич, я благодарю вас за то, что вы приехали, — собрался с духом Штольцер. — Надеюсь, вы сможете поймать вора или хотя бы вернуть статую. Поверьте, я не останусь в долгу.
— Это мы обсудим позже, — решил я. — Сейчас я буду задавать вопросы, а вы отвечайте, так будет быстрее. Господин Штольцер, начнём с вас. Вы обратились в полицию или Тайную службу?
— Нет, — признался Штольцер.
— Почему? — поинтересовался я.
— Поймите меня правильно, Александр Васильевич, я не собираюсь ничего скрывать, — принялся оправдываться директор. — Но если заявить о пропаже статуи, по городу поползут слухи. Что тогда станет с репутацией Императорской академии?
— Неубедительно, — поморщился я. — Но допустим. Вы говорите, что обнаружили пропажу статуи утром. В котором часу вы сегодня приехали в академию?
— Я никуда не уезжал, — смутился Штольцер. — Иногда я работаю допоздна и тогда остаюсь ночевать в мастерской.
Он машинально посмотрел в сторону. Я проследил за его взглядом и увидел пеньюар, небрежно брошенный на спинку дивана.
Всё понятно, натурщица здесь всё-таки была.
— Кажется, вас больше беспокоит собственная репутация, — заметил я. — Сегодня ночью у вас была гостья?
Я почувствовал, что директор хочет соврать мне, но он не рискнул.
— Какая разница, кто у меня был, — вместо этого сказал Штольцер. — Мы не выходили из комнаты.
— И ничего не слышали? — улыбнулся я.
— Мы крепко спали, — покраснел директор академии.
— В котором часу вы спустились вниз?