– Зато ты знаешь. И… позвони вашей няне, договорись с ней…
Вздыхаю. Кажется, первый шок прошёл. У Севы всё просто – вынь да положи. Пускай наша няня не двадцать четыре на семь рядом с Вовой, но всё же у человека свои планы, о которых она предупреждала заранее.
– Она в отпуск собралась. Давно отпрашивалась. Не могу же я ей сказать: нет-нет, оставайтесь, я передумала. Это будет, по меньшей мере, некрасиво.
– Предложи любые деньги.
– Не согласится. Она к родне собралась. Год не виделись.
– Реши вопрос. Привезите её родню сюда. Снимите квартиру в соседнем доме.
– Сева, ты точно рехнулся. Что там, нянь мало? Ай-й-й… да я тебе другую найду. Не хуже.
Смеюсь чуть нервно.
– Если не хуже, то ладно, – соглашается брат. – Как быстро ты сможешь приехать?
Думаю, что могу уйти без проблем, поэтому смысла медлить не вижу.
– Уже выдвигаюсь. Через два-три часа буду у тебя с товарами первой необходимости.
Сева кладёт трубку, я так и стою с телефоном в руке и приоткрытым от шока ртом.
– Дочь? – спрашиваю в пустое пространство. – А кто мама?
Пока еду до города набираю Лёшу.
Мы не виделись уже два месяца. Он вернулся в Краснодар какое-то время назад, но наездами в Москве бывает. У него по бизнесу проблем прибавилось, поэтому работа на Севу отошла на второй план. Честно, я не понимаю их отношений. Зачем Всеволоду Соколов? Меня в такие нюансы не посвящают. Лёшу я не расспрашиваю об этом, но последние полгода он много катался по регионам, помогал Сан Санычу обновлять систему безопасности на приобретённых «Империей» предприятиях. Сева активно скупает землю и фабрики-заводы-пароходы, причём пытается привлечь Арсения к семейному бизнесу. Тот пока что сопротивляется.
Ходит уже без костылей и палки, хромает только время от время сильнее обычно. Впрочем, это не мешает ударяться ему во все тяжкие.
Сева уже как-то высказывал недовольство, что у младшего одни гулянки на уме. Даже мама попыталась заступиться за Арса, мол, он столько времени провалялся в постели. На что Сева отрезал, что теперь Арс по постелям скачет… по чужим… Маме было нечего добавить, кроме того, что у всех своя личная жизнь.
Фыркаю громко-громко. А Сева сам, что, не скачет? Вот дочь какая-то материализовалась, не с небес же она упала в руки папе.
Я знаю, что Сеня хороший, у него прекрасная светлая голова на плечах, а у любого поведения есть объяснения. Здесь, конечно, лучше Всеволоду с ним разговаривать. По-братски. По-мужски.
– Привет, милая, – родной голос растекается по салону машины.
– Привет, ты завтра собирался приехать?
– Да, мы же договаривались встретиться. Я помню.