— Лично убил иудушку этого хитросделанного, Клиса Верного, о чем не жалею совсем.
Итог таков: в Черноземье отправил на тот свет троих Крыс, шестерых Рыжих уродов и Клиса Верного, ту еще мразь, чуть не сдавшую меня.
В Сатуме все сразу пошло веселее, и подобное веселье все время продолжается:
— После горного поселения отправил на тот свет мужа Изауры, ну, тот сам меня хотел убить. В караване один вор погиб после моего удара под колесами и копытами, потом двоих смертников на арене убил, деваться там оказалось вообще некуда. Барона с баронетом и двоих их охранников в горах, тоже без выбора, или-или. Потом перерыв случился на пять месяцев почти без кровопролития. Ни с Кроном и его парнями, ни с контрабандистами так не зацепился — все на тоненького прошло, но без смертей. Ведь могу же вполне иногда спокойно жить, как самый нормальный человек.
— Ну, и обоих баронов Фонвиз убил, считай — благое дело сделал, женщин спас от доли ужасной. Про тех, кого разметал около башни и узнавать не хочу. Думал, что все уже закончилось с кровопролитием, ведь из графства почти уехал. Но все равно попал в засаду, здесь еще трое холодных и один покалеченный. Иерих еще от моего приказа умрет, хоть одно благое дело, которое спишет все мои грехи на здешнем свете, — признаю я вслух.
Итого, тринадцать на здешней стороне Сиреневых гор покойников, если никто у башни не погиб. Всего двадцать три по списку нелюдей, существ и людей, что хорошо, никого ведь из них вообще не жалко.
С такими мыслями я быстро удаляюсь от проклятых мест.
«Надеюсь больше ничего подобного не случится с рыцарем Истинного Добра и несомненным паладином Высшей Справедливости в моем лице», — пока надеюсь я.
Отъехав от места сражения быстрой рысью пару километров, я повстречал обоз из трех телег, управляемых крестьянами. На телегах лежат остатки не проданного товара, в основном овощи и поделки из дерева, лавки и всякие табуреты.
Кто-то из сельских жителей наладил, видимо, производство мебели и теперь торгует в городе заодно с дарами полей и огородов.
Сидящие на передках телег возчики внимательно изучили меня, особенно ведомую на поводу вторую лошадь с седлом и всем остальным, переглянулись между собой.
Я сразу понял — времени у меня не так уже много, как я себе представлял, слишком уж комфортной поездки впереди не ожидается.
Не рассчитывал я, что вести об избиении патруля на краю графских земель теперь так быстро дойдут до наследников графа, раз он сам — при смерти. Но данная неприятность теперь почти неизбежна, через полчаса селяне доберутся до придавленного всадника. Сначала освободят его, переловят лошадей, найдут в кустах, вполне возможно, своих хорошо знакомых, уже в прошлом, конечно, стражников. Обязательно снарядят гонца на одной из лошадей в замок. Поэтому через пару-тройку часов из замка вынесется очень сердитая погоня за мной, весьма подробно теперь рассмотренным и детально описанным злодеем.