— Все, значить, задержаны до выяснения дальнейших обстоятельств, — любезно объяснил Щученко. — Встать лицом к стене, ноги на ширину плеч, руки поднять перпендикулярно земной поверхности!
— Ага, и еще юбку снять, да? — фыркнула какая-то девица из-за спины «Пауля».
— А воть етого, значить, тлетворного развращения малолетних нам здесь не надо!
Я на миг задумался, где он тут увидел малолетних. Потом вспомнил, что искать логику в высказываниях данного полковника КГБ — совершенно неблагодарное дело.
— Ну, не хошь, как хошь, — пожал плечами сутенер, поняв, что полковник отнюдь не собирается успокаиваться. — Сам напросился…
С этими словами он на секунду скрылся в киоске и вернулся, похлопывая по ладони слегка изогнутой монтировкой. Судя по форме искривления — уже как минимум однажды была использована не по прямому назначению.
— О-па! — обрадовался Щученко. — Сопротивление, значить, работнику государственной безопасности при сполнении им прямых обязанностей! Карается расстрелом… или полной конфискацией имущества. Вы, значить, шо предпочитаете?
— Точно псих, — повертел пальцем у виска сутенер, опасливо поглядывая на полковника. А вдруг укусит?
— Значить, вот шо я вам скажу, товарищи проститутки! — решительно схватил ближайшую дамочку за руку Щученко. — Щас мы вас отвезем в милицию и пусть, значить, эти мурзики сами с вами разбираются! На партсобрании вас пропесочать или, можеть, расстреляють — как, значить, удобнее будеть. А я умываю руки!
— Пусти, козел! — взвизгнула пленница, пытаясь вырваться из мертвой хватки ортодоксальнейшего из коммунистов. Руки полковника напоминали разварившиеся манты, но неожиданно оказались очень сильными.
— Мужик, [цензура], ну ты меня окончательно достал! — прорычал сутенер, замахиваясь на этого невежу монтировкой.
Тут я понял — дальше тянуть нельзя, пора вмешаться. Хотя и не хотелось — последние пять минут я с трудом удерживался от хохота. Получалось какое-то сдавленное бульканье.
На то, что в машине присутствует еще кто-то, сутенер и «девочки» доселе не обращали внимания. Но когда на крышу «Москвича» одним коротким прыжком взметнулся забавный зверек яцхен, монтировка, летящая к блестящей лысине полковника, замерла на полпути. Рука мужика сама собой разжалась, и железяка с тихим лязгом шлепнулась на асфальт.
— Гр-р-р!!! — зарычал я, распахивая крылья и выпуская когти.
— И-и-и-и!!!
— А-а-а-а!!!
— [цензура] мать!!!
А потом все пятеро бросились наутек с поистине феноменальной скоростью. Девицы оглушительно визжали, едва не падая на своих шпильках, а вот «Пауль» бежал молча, с легкостью опередив подопечных аж на два корпуса.