— И ты думаешь, -тихо сказала она, — что, если уйдёшь, всё закончится? Что станет легче? Для кого?
— Для меня, — прошептал он. — И для тебя. Ты больше не будешь видеть меня. Не будешь ненавидеть.
— Я и так не вижу тебя, — сказала она уже грубее. — Но ты всё ещё здесь. Ты всё ещё дышишь. Ты всё ещё чувствуешь. А это — не наказание. Это — шанс.
— Какой шанс? — спросил он, срываясь. — Шанс жить с тем, что я убил тебя? Шанс каждый день слышать твои последние слова? Шанс быть с другой, которую я не люблю, потому что не могу любить никого, кроме тебя?
— Шанс, — сказала она мягче, — жить с этим. Не убегать. Не заканчивать. А просто… дышать. С болью. С виной. С памятью. Потому что если ты уйдёшь сейчас, ты не искупишь. Ты повторишь. Ты снова выберешь побег. Ты снова выберешь не быть рядом. Ты снова оставишь всех, и меня тоже.
Он закрыл глаза.
— Я не могу быть рядом с тобой. Ты мертва.
— Ты не рядом со мной, — сказала она теперь словно в его голове. — Ты не рядом с жизнью. Ты не рядом с собой. Ты думаешь, что смерть — это конец вины? Нет. Это конец всего. А я не хочу, чтобы ты умирал. Даже если я не могу простить. Даже если я до сих пор злюсь. Даже если я ненавижу тебя. Я всё ещё…хочу, чтобы ты жил.
Он открыл глаза. Слёзы текли по щекам. Он снова плакал. Впервые за два года плакал и опять на этом же месте. Только она заслуживала его слёз.
Мы затаихи дыхание ожидая ответа, ведь не такая судьба должна была у них быть. Ой, не такая.
— Почему?
— Потому что, — тихо сказала она, — я любила тебя. Я люблю тебя. И я всегда буду тебя любить. Даже когда ты предал. Даже когда ушёл. Даже когда я думала, что больше тебя не увижу. И если я не могу простить… то хотя бы хочу, чтобы ты не умирал из-за меня. Это — не любовь. Это — плен. А я не хочу быть тюрьмой.
Она сделала шаг назад.
К свету фонаря.
Который вдруг погас.
Звёзды моргнули в ответ, почти одновременно. И на секунду настала самая тёмная ночь в жизни всех на планете.
— Уходи, — сказала она. — Не со мной. Не от себя. Просто… иди. Живи. С болью, с виной, со мной в памяти. Но не умирай. Ты будешь всегда жить с этим. Будешь страдать. И будешь помнить. ТЫ ДОЛЖЕН ЖИЗНЬ С ПОНИМАНИЕМ, — чуть тише, заглушая приступ внезапной агресси, проговорила Лилиан. — Что убил меня. Но мой совет, начни лечить психику, иначе ты станешь тем, кого так сильно ненавидишь. Своим отцом.
Звёзды переглянулись, это был дельный совет. Совет, который в секунду изменил всё. Хотя и менять тут было нечего.
Сакс сидел на коленях. Руки дрожали. Пистолет в куртке, но он не достал его. Не встал. Не ушёл. Он просто плакал.