— Что ты хочешь?
Я сам для себя звучу так дико, так угрожающе. Словно пещерный человек проснулся и пока единственное, что у него получается — выходить наружу.
— Хочу лишь напомнить, вам, детишки, что правление штука сложная, а вы заигрались.
На этом моменте должен был появиться спаситель манны небесной, так и вышло. С довольно ощутимой вибрацией от закрывающихся стеклянных дверей, за стеклом появился Эдриан.
В моё сердце вдруг резко что-то кольнуло. Снова ощущение, что живым выбраться отсюда мне не светит. Я хотел защитить Виану, она подарила мне возможность понять, что дружба существует не только между парнями, но есть и такой тип девушек, который подходит тебе на все сто процентов, но не как любовный интерес. Я принял, что не выберусь, но вот то, что она может умереть — было невосприимчиво.
В комнате находились и другие. Например Грег, мерзкий засранец, который пытался отжать всё состояние Эдриана женив его на своей дочерке, смешно. Виктория была известна своими гуляниями, видимо всем, кроме её отца.
Пока Виннер разговаривал со своим обретённым сыном, я заметила Лилиан. Она стояла за Эдрианом, смотря на меня.
Её губы еле дрожали, а лицо было затуманенно и заплакано. Мне так хотелось её обнять, увести отсюда, спасти. Но я не мог.
От созерцания единственного прекрасного в этом мире меня отвлёк возглаз Эда.
— Сукин ты сын, какого хера. Ты не сделал этого, нет. Ты больной?
Хейг побледней увеличивая размер своих глаз до сервисных блюдечек моей матери. Я никогда не видел это таким эмоциональным, как будто тумблер контроля резко полетел на ноль и восстановлению не подлежит.
Моя душа так же перестала дрожать лишь губами, начав дрожать телом. Кортни вообще засмеялась, как сумашедшая, ненормальная.
Лишь взяв в руки документы, которые через несколько секунд протянул мне Виннер, я понял весь маштаб его феерии. Он просто идиот. Я понял почему Кортни смееться, ведь ненормальный человек может на это только рассмеяться.
Это было до хуеты смешно.
Я просто. Не мог. Поверить. Своим. Глазам.
Но я лишь сжал руки сильнее, Не выдавая сумашествия.
— Врежь ему, Рай.
Он назвал меня Рай? Я мельком повернул голову в его сторону не понимая послышалось мне это? Реальность ли сейчас передо мной? Раем меня называет лишь та часть людей, которым я разрешил. Но оне входил в это число, но почему-то сейчас это казалось самым правильным из всего, что могло тут произойти.
Виана прочитав договор о заключении брака с собственным, скорее с подставным, отцом — как и ожидалось, собрав все свои силы в кулак — выблевала их в вазу.