— Поручика Свержинского. Застрелил подпоручика наповал
— Повесить.
Подуров обалдело на меня уставился.
— Тимофей Иванович — я поправил корону на голове — Ежели эту вольницу сразу не прекратить, они и дальше стреляться да шпажками пыряться будут. Надо дать укорот раз и навсегда.
Как не тяжело мне было в страшном дефиците офицеров терять поручика, но другого выхода не было. Армия строится на правилах.
Генерал мрачно кивнул:
— Это еще не все. Один солдатик из крестьян бывших, майора своего по лицу ляпнул. Полаялись из-за чего-то. Что прикажешь делать? Пороть?
— Ни в коем разе! С порками да шпицрутенами мы окончили. Иначе чем от катькиных войск отличаемся?
— Что же делать? — Подуров впал в ступор
— Посадить под арест в холодную, лишить жалования за месяц
— Не по обычаю — генерал тяжело вздохнул — Солдатикам да крестьянам порка — это тьфу, шкура дубленая, привычная. А за деньгу они удавятся. Ну да ладно, распоряжусь…
— Все, Тимофей Петрович, время торопит, давай принимать присягу, да флаги полкам вручать.
Совещание военной Коллегии началось ровно в девять.
Председательствовала Екатерина. После бессонной ночи лицо её носило следы крайнего утомления. Но все-таки заседание она вела энергично, положа в основу обсуждения непреклонное желание спешными мерами пресечь мятеж.
— Я с горечью вижу — говорила она с нескрываемой ноткою раздражения в голосе — Что время упущено! Злодей, как сие усматривается из донесений казанского губернатора Бранта, знатно усилился и такую на себя важность принял, что куда в крепость ни придёт, всюду к несмысленной черни сожаление оказывает, яко подлинный государь к своим подданным. Сими льстивыми словами разбойник и уловляет глупых, темных людей. А наипаче прелесть им оказывает обещанием… земли и воли! Вот в чем опасность наибольшая, господа генералы!
Военные закачали париками.
— Не Оренбург нам досада — Екатерина промокнула глаза кружевным платком — А смущение, что поселилось в сердцах народа. Как помещикам нынче воспитовывать своих крепостных?
Молчание ей было ответом.
— Итак, надобно наметить и без отлагательства привести в действие меры к победе над злодеем. Где генерал Кар? Докладывай, Захар Григорьевич
Чернышев начал длинно и путано объяснять диспозицию. На столе появилась карта, лакеи подали чай.
— Отошел с войсками от Казани — резюмировала императрица — А более ничего не известно.
— Ожидаем самых лучших известий в ближайшее время — Чернышев пошелестел документами
Генералы мрачно переглянулись. Императрица это заметила, резко открыла новый веер, зашелестела им.