— Григорий Дмитриевич, — на выходе меня встретили Анна Алексеевна с Михаилом.
Девушка дерзко блеснула глазами, а вот великий князь смутился. Мы с ними так ни разу и не поговорили на тему отношений и чувств, но сейчас я неожиданно осознал, что и говорить тут нечего. Возможно, раньше между мной и Анной была какая-то искра, но сейчас… Я ведь теперь невольно сравнивал любую девушку с Юлией, и пока это сравнение было точно не пользу живых.
Анна что-то почувствовала и нахмурилась, а вот Михаил так ничего и не заметил. Просто собрался, а потом неожиданно огорошил меня тем, что к нам приехал Горчаков. Правда, не родственник нашего Петра Дмитриевича, а представитель другой ветви рода. Некто Александр Михайлович, который до недавнего времени был послом в Вене, но потом оказался приближен новым царем и вот отправлен сюда.
Для Михаила это был просто обычный чиновник, на которого при желании можно не обращать особого внимания, а я… Я не мог не думать, что скоро буду говорить с будущим «железным канцлером» Российской империи. С тем, кто придет на смену Нессельроде и станет последним, а возможно, и самым известным среди тех, кому была присвоена эта должность.
Что я еще слышал об этом человеке? «Питомец мод», как назвал его один сокурсник с бакенбардами. Автор фразы «Россия сосредотачивается» — это когда нас попытались втянуть в войну за Италию, но Александр Михайлович смог выдержать линию: и остаться в стороне, и показать, что Россия не выключается из европейской политики. Чего тоже многим бы хотелось. Он же без единого выстрела вернул нам Черноморский флот, от которого в моей истории Россию заставили отказаться по итогам Крымской войны.
Размышляя о том, каким окажется Горчаков в этой реальности, я прошел в штабную палатку, где как раз с ним и столкнулся. Уже пожилой, ему было 57 лет, лицо мягкое, в очках, но глаза умные и цепкие.
— Полковник, а вас я и искал, — Горчаков крепко пожал мне руку сразу двумя ладонями и увлек в отдельную комнату. — Вам ведь уже передали, что я тут с посланием от императора?
— Именно поэтому я здесь, — несмотря на все уважение к собеседнику, я знал, для чего он приехал.
— Довольно сухо, не находите? — Горчаков ни капли не смутился. Кажется, он навел обо мне справки и подготовился к разговору. Ну да, все же передо мной еще даже не министр и тем более не канцлер — просто чиновник, который умеет хорошо делать свою работу.
— А как иначе? Мы же оба знаем, что Александр Николаевич решил закончить войну. Адмиралы и генералы не могут противиться не то что приказу, а одному его желанию. Мне же, недавнему поручику, терять особо нечего. Приказ от Меншикова у меня есть, прямо запретить мне сражаться за Родину вы же не будете? Не будете.