— Мне до города ехать около часа, — протягиваю задумчиво.
Ехать не хочется. Но, а что делать? Тимура дергать не вариант. У него там важный контракт, потом корпоратив. Сына тоже тревожить не хочу. У него жена приболела. А дочери в городе нет.
— Вот и выезжай!
— Так там же у тебя все зальет! Может я специалистов вызову. Пусть воду перекроют.
— За час не натечет. Оно не так сильно, — поспешно отвечает соседка.
— Ты же говорила льет?
— Ой, то я с перепугу. А сейчас смотрю терпимо. Ты главное приезжай.
И что делать? Выбора нет.
Вызываю такси. Не объяснять же Зине, что я еще с ребенком на руках. Ну ничего, в городской квартире переночуем.
Такси приезжает быстро, хоть обычно их в наш район долго ждать приходится. К счастью, дача не так далеко от города. Пробок нет. Потому через сорок пять минут, я уже поднимаюсь на лифте в наши хоромы.
Тимур постарался для семьи, весь этаж выкупил. Ремонт сделал. Красота неописуемая. И весело было, классно, пока дети с нами жили. Сейчас разъехались и я не понимаю, зачем нам столько свободного места.
Открываю дверь. Сердце колет. И по позвоночнику, будто холодная змея ползет.
Разуваюсь. Оставляю сумки в прихожей.
Иду в нашу с Тимуром комнату. Осторожно кладу переноску на кровать. Благо Петя спит и не проснулся.
Шум воды раздается из нашей ванной.
Неужели Тимур кран забыл закрыть?
И свет.
Берусь за ручку. В лицо ударяет пар. И смех… женский… такой фривольный, счастливый, беззаботный.
И далее мои глаза видят омерзительную картину, два сплетенных тела под струями душа. Намыленные, возбужденные, разгоряченные. И одно из этих тел – мой муж.
— Светик, входить без стука нехорошо, — муж оборачивается, и с хитрой улыбочкой подмигивает мне. – Дай нам пару минут, мы с Ариночкой скоро закончим.
Тимур гладит любовницу по плечам. Ничуть не смущаясь моего присутствия. Она прижимается к нему, продолжает смеяться.
А я стою в старом спортивном костюме, как помоями облитая. И не верю, да все еще не верю своим глазам.
Ведь это мой родной человек, мы с ним всю жизнь прошли. Сколько всего пережили. И всегда рука об руку. Или это только я так думала?
Чувствую, как весь мой двадцатидевятилетний брак обрушивается огромной глыбой мне на голову.
— С кем? – зачем-то спрашиваю.
Женщину разглядеть полностью не получается. Мешает кровавая пелена на глазах. Но я вижу точеную фигурку, темные, длинные волосы. Она наверняка моложе меня. Намного.
Никогда не знала, что боль может быть такой силы. Когда в один миг все нутро будто кто в тугой узел завязывает. Солнечное сплетение огнем горит, виски будто разрываются. Глаза адски пекут.