Звонкий шлепок ладони по коже звучит словно выстрел. Карина вскрикивает.
Его зрачки расширяются от удивления. Он тут же отпускает мою руку и прикладывает ладонь по горящей щеке.
А я чувствую пусть мелкое, пусть слабое, но удовлетворение.
Если это можно вообще назвать словом «чувствую»… Кажется, сердце уже успело окаменеть и, упав вниз, разбиться вдребезги.
– Не смей меня хватать, – зло выдавливаю я. – Вообще больше никогда не смей меня больше трогать, понял?
– Теть Вер, вы что творите-то?
Карина выходит из ступора и бросается на помощь любовнику.
Да, она обращается ко мне «тетя Вера», потому что ее мама – моя лучшая подруга всегда настаивала на этом и была против, когда я просила звать меня просто по имени.
– Это неуважение к старшему, – говорила всякий раз Роза. – Моя дочь будет воспитанной девочкой…
И никакие аргументы, что я ее ребенка знаю с рождения и качала на руках не работали.
Выросла дочка. Воспитанной.
– Помолчи, – неожиданно осекает ее Владимир. – Не лезь. Собирайся и иди работай.
Он бросает слова через плечо, даже не глядя на нее – продолжает прожигать меня взглядом.
А я…
Я больше не могу видеть его. Смотреть на него…
Его лицо… я же знаю на нем каждую складку, каждую морщинку… и еще несколько минут назад я бы сразу же, автоматически, добавила: знаю и люблю.
Теперь же каждая его черта вызывает во мне только боль и ненависть.
А от того, как быстро все перевернулось с ног на голову, становится дурно.
Тошнота физически накатывает.
Стискиваю зубы и резко разворачиваюсь.
– Не делай глупостей, – летит в спину.
Замираю на мгновение от этих слов. В них и предупреждение, и просьба, и… угроза?
И делаю шаг вперед – на выход.
Нет, глупостей я точно делать не собираюсь.
В том числе и самую большую – слушать тебя, мой еще пока нынешний муж…
Вера
С каждым шагом иду все быстрее – хочу как можно быстрее оказаться подальше от него.
В каждой встречной улыбке, в каждом обращенном взгляде я чувствую насмешку.
Меня здесь многие знают.
Владимир работает в этой компании уже довольно давно и сделал здесь карьеру.
Я иногда приходила к нему на работу, мы вместе бывали на корпоративах.
Приветствия и вопросы летят навстречу, но я почти ничего не слышу – только едва киваю с застывшей восковой улыбкой на лице.
Мне кажется, будто все знали о происходящем.
Они прекрасно знают почему именно в обеденный перерыв руководитель вызывает к себе стажерку…
Омерзение поднимается волной, но я сдерживаю себя.
Не собираюсь давать волю чувствам. Не на глазах у чужих людей.
Выскакиваю на улицу и резко выдыхаю воздух, словно весь этот путь мне пришлось проплыть под водой – задержав дыхание.