Она вдруг заулыбалась.
— Жалеет, что её сыночек меня бросил.
— Это вроде ты его бросила, — хмыкнула я, глотнув вина.
— Её такие детали не волнуют. Раньше она меня ненавидела, а теперь плачется, что новая невестка — мегера.
— Ну, ценить надо было.
— Вот-вот.
— Вот уж Тамара удивится, что мы разводимся, — задумчиво произнесла я.
— Н-да, вот её даже жалко.
Я кивнула. Со свекровью у меня были хорошие отношения. Она сразу приняла меня. В семью к нам не лезла, жизни не учила. Настю любит. Но не из-за свекрови же мне за брак держаться.
— Так что у него с этой беременной? Любовь-морковь? Или так?
— Или так. Не нужен ему младенец.
— Прощения-то хоть просил?
— Ага. Пьяная ошибка, — усмехнулась я. — Похоже, с алкоголем ему надо завязывать.
— Да уж, — Маша опустила глаза. — Прости, что не сказала.
— Почему, кстати? Боялась, я не поверю?
— Вроде того. Ну сама подумай. Я только что развелась, обвиняю твоего мужа в приставаниях. Как-то это…
— Что? Я бы никогда не подумала, что ты сама пыталась его соблазнить. Маш, мы с тобой со школы вместе. Чего только не было.
— Прости, — кивнула она. — Правда, Вер. Я себя успокоила, что алкоголь — дело такое. Да и он извинялся очень.
Извинялся… Это входит у него в привычку. Натворить дел, а потом рассчитывать, что извинений будет достаточно.
Не на этот раз.
— Значит, развод? Всё всерьёз?
— Да, — твёрдо ответила я. — Всерьёз. Надо как-то… Не знаю, учиться жить без него. Почти полжизни вместе, с ума сойти.
— Не думай только, что это конец. Я имею в виду, жизнь на этом не заканчивается. Никто тебя в утиль не спишет.
Она взяла меня за руку, заглянула в глаза.
— Правда, Вер. На меня хотя бы взгляни! А ты вообще красотка, у тебя от мужиков отбоя не будет. Одна точно не останешься.
— Спасибо, Машунь, — улыбнулась я сквозь слёзы.
— Ну всё, сейчас потоп устроим, — хмыкнула она, вытирая уголки глаз.
Мы болтали обо всём на свете. О её новой жизни вне брака, о том, сколько внимания она начала получать от мужчин, которые раньше держались в стороне.
О том, что она меня поддержит, как бы сложно ни было.
Развод предстоял непростой. Кроме семьи, мы с Витей были слишком связаны ещё и по работе. Похоже, жизнь поменяется кардинально.
Ближе к вечеру он стал названивать.
— Волнуется, — фыркнула Маша.
Звонки я игнорировала. За ними посыпались сообщения. Нейтральные в начале, чем дальше, тем более нервными они становились:
«Надеюсь, ты не собираешься мне отомстить?»
— Думает, я ему изменять пойду в отместку? — впечатлилась я.
— По себе меряет!
— Ага, ведь мне именно этого и не хватало. Пойти и с кем-нибудь переспать. Идиот.