Оказалось, что не заказывала. Бедная девушка подумала, что здесь магазин — купилась на яркую вывеску, плюс муж что-то сказал, вот и пришла выбрать доилку. Когда я объяснил, она не поверила и ещё долго не уходила, шарила глазами по полкам, разыскивая свою прелесть, — «а то мужик прибьёт, если не принесу доилку».
Девушка наконец ушла, и мы опять остались одни. Я и шеф. Он, не глядя на меня, говорил о клиентоориентированности, задвигая телегу о том, что нужно обеспечить покупателя всем необходимым, но не тратить время впустую, как сейчас.
Я кивал и подметал пол. Потом надувал шарики, которые остались ещё после открытия (мы раздавали их женщинам и детям).
Саня ворвался шумно, как и всегда. Быстро поздоровался, скинул с плеч рюкзак и швырнул его за прилавок, не обращая внимания на недовольный взгляд шефа. Громко подтащил стул, подумал и предложил начальству, а сам запрыгнул на прилавок. Если бы я выкинул такой трюк, то слушал бы лекцию про этику поведения на торговой точке, но, кажется, Саню шеф побаивался.
— Чего вызывали, Петрович? Я слушаю вас очень внимательно и сваливаю. Мне особенные подгонят специальный напиток — наши такого никогда не синтезируют. Там кое-что тонизирует так мощно, что девушкам нужно расслабиться и не бояться, понимаете? Никаких лишних движений, чтобы не покалечить внутренние органы.
Шеф выглядел… я не мог прочитать по лицу: он смущён, напуган, сконфужен или всё сразу?
— Значит, так, — он прокашлялся и сложил маленькие ручки на животе. — Как я уже сказал, нас ждут небольшие структурные изменения. Для кого-то, может, и большие, но вы привыкшие, так сказать, к непростым условиям отношений и бытия… Так, запутался.
— Петрович, покороче, чем мы можем тебе помочь?
— Грубо говоря, у нас прибавится работы. Не то чтобы много, но весело будет, особенно вначале.
Шеф вздохнул и продолжил:
— Не то чтобы что я хочу в это влезать, но таковы правила франшизы. Все франчайзи должны подчиняться нововведениям. У вас прибавится обязанностей, но аренда, сами понимаете, сейчас недешёвая. Плюс сначала мне нужно заработать на вашу зарплату, а потом расходы, налоги, а всё, что останется, уже моё. Честно говоря, мне обещали срок окупаемости двенадцать месяцев, но вряд ли справился бы и за восемнадцать, если бы не эта новая услуга, если понимаете. Она должна удвоить доход, и я думаю, мы справимся за десять, лишь бы вы согласились, потому что зарплату пока поднять не смогу. Мы ведь только открылись.
— Короче, Склифосовский, — сказал Санёк и спрыгнул на пол.
Мой напарник ассоциируется у меня с вихрем — внезапным, яростным и хлещущим по щекам, срывающим шапку с головы.