Водянка замолчала и только тяжело сухо дышала. Она менялась. Хвост безжизненно лежал на грязной земле и напоминал выброшенную из моря рыбину. Она неосознанно сжимала и разжимала пальцы и часто моргала, но глаза потускнели и высохли. Жена колодезного может долго протянуть без воды — это не русалка, но с каждым часом ей будет становиться все хуже и хуже, а язык будет хоть и еле шевелясь, но постепенно выдавать секреты. Похоже на это и рассчитывал Касьян. Не пытать — но мучить.
— Игорь?
— Да?
Кажется я задумался и не заметил, что все смотрят на меня, даже связанная нечистая женщина, может я даже заснул на мгновение. Слишком долго длится сегодняшний день.
— Иди, домой, Игорь. Мы дальше сами. У тебя уже сил не хватает, на ходу спишь. На сегодня твоя работа всё, а я на днях введу тебя в курс дела. Завтра у тебя пусть будет выходной, Гнилл отработает он готов. А ты ложись спать и целый день валяйся, сколько влезет.
Водянка захихикала, и крестоносец нагнувшись опять дал ей подзатыльника.
— Не переживай. Ты в стороне не останешься, слишком глубоко завяз, но тебе нужно отдохнуть. Короче, садись в машину и езжай, только остановку не проспи.
Старуха опять захихикала.
— Новости я тебе расскажу, — дополнил Касьян.
Мне и спорить не хотелось, как и на часы смотреть. Трудный был день и даже все живы остались. Кроме Крюкова и огненного парня. А так… Обошлись без большой крови.
— Все равно я не понимаю.
— Чего ты не понимаешь, Игорь?
— Зачем детей в итоге похищали? Куда делся колодезный и может стоит его найти? И что вы с этой делать будете? Крюков жив или нет?
— Слишком много вопросов, Игорь, а на половину у меня и ответов нет. Езжай домой, думаю после нашего общения с Водянкой я принесу тебе ответы на блюдечке с голубой каемочкой.
И он подмигнул.
— Ладно, — сказал я, — и правда устал. До свидания!
Последнее я уже адресовал связанной, сухой как корюшка женщине. Она фыркнула и отвела глаза, а я пошёл к машине, кивнул охраннику и залез на заднее сиденье.
Путь к дому мы проехали в тишине. Парень с крестом на лице ничего не спрашивал, не пытался меня развлечь и не чувствовал дискомфорта от молчания, а я просто немного задремал и проснулся когда уже стоял обеими ногами на родном цементе перед подъездом.
Крестоносец без лишних сантиментов закрыл дверь, обошел машину, сел за руль и укатил туда где его ждали. «Там где и место всей нечисти», — сказал бы каждый второй мой знакомый, только я уже не был так уверен.
Хотел было уже зайти в подъезд когда руки коснулось что-то холодное, будто собака лизнула за ладошку.