Однако додумать эту мысль я не успел — долгая связь тоже заработала.
Тут же с полуслова к нам начал ломиться Мерис, но попал в канал новостей, вызвал наводку, и вместо генеральского голоса динамики пафосно проблеяли:
— «…Э-лай не будет первым развязывать войны. Однако мы не исключаем нанесение упреждающего удара, если наши враги проявят агрессию», — так заявил военный советник, подчеркнув при этом, что Империя не может даже представить, каким масштабным и всеобъемлющим будет ответ Э-лая. Он станет прелюдией к гибели мирового неравновесия сил…
Мы переглянулись. Заявление было сделано в сугубо алайском духе: мол, вы нас не трогайте, а то мы вам та-ак превентивно врежем — тут же и окочуритесь.
— … и Хэдову мать!.. — ворвался в навигаторскую голос Мериса, перекрывая поставленный тенорок диктора.
— Абэ, — отозвался я. — То есть… Доброго времени суток, господин генерал.
— Зараза ты эйнитская! — обрадовал меня Мерис.
— Так точно, — согласился я на всякий случай.
— Это кто из вас придумал шантажировать Гхэгэна эйнитами⁈ — продолжал проверять мощность динамиков генерал.
Млич поморщился и чуть прикрутил бушующее начальство.
И тут же прорезалась картинка с перекошенным от гнева и помех лицом Мериса, небритым и бледным.
— Не могу знать, — ответил я уже генеральскому лицу.
— Что значит — не могу? — возбудилось лицо. — Что ты опять несёшь! Что за бардак у тебя тут творится!
Мерис был не один, но кто с ним, я не мог разглядеть, потому отвечал обтекаемо:
— Сам ничего не понимаю, господин генерал.
— Шлюпка — в ангар, — вполголоса скомандовал Млич.
— Что за шлюпка? — удивился я машинально.
— Рос вернулся. С… Э-э… С гостями из храма, как я понимаю, господин капитан. — Млич, напуганный рёвом Мериса, сразу начал меня навеличивать.
— У тебя что, действительно на борту эйниты? — жилка на виске генерала билась, как ручеёк, прыгая по невидимым мне камням. — Сколько⁈
Я пожал плечами:
— Не в курсе пока.
Келли ввел второй канал, и аккурат напротив морды Мериса проявилась голова Локьё.
Всполошились, начальнички. Сдохни мы здесь, вряд ли добились бы подобного интереса.
— Двенадцать, господин капитан, — тихо подсказал Млич, но Локьё услышал.
— Двенадцать эйнитов?
Я понял, кто это мог быть. Тоо не успокоился. Рос привёз наследника и забрал кого-то из несовершеннолетних. Но двенадцать-то зачем?
— Да там одна молодёжь…
Я осёкся. Понял, что сморозил глупость. Сколько раз мне твердили, что сила может только убывать с возрастом. А на пике психический потенциал как раз у 20−40-летних.
Мерис сделал большие глаза, налил себе из длинной бутылки без надписи и залпом выпил.