Однако заместитель лендслера положенные ему метры преодолел быстро, тенью скользнув вперёд.
В лифте было тесно от набившихся в него охранников, и на миг заместитель заслонил от мрачного контр-адмирала тележку с капсулой.
А ещё через мгновение, когда Херриг повернул к ней голову, никакой капсулы на тележке уже не было.
Дипломатический скандал созрел примерно секунд за шесть. Ну, или за семь, тут показания охранников и записи камер расходятся.
Ли Перет. Готто. Северная Империя
Долгин позвонил генерису лично, не через секретаря.
— Как здоровье, дорогой? Погоны всё ещё жмут?
Ли Перет был принят на должность полтора года назад, но над ним всё ещё подшучивали по привычке. Жизнь на высших этажах Империи текла размеренно, без скоропалительных назначений и отставок. Если бы не смерть бывшего генериса, не видать бы Ли Перету повышения.
— Ты бы подъехал? — продолжал замминистра как бы про между прочим. — Шашлычок у нас тут наклёвывается.
— Что-то непротокольное? — удивился Ли Перет, пробегая глазами месячное расписание встреч и необходимых торжественных дат.
— Не то чтобы очень… Ты… подъезжай к шести.
— К тебе? — Ли Перет активировал ежедневник и нажал фиксацию записи.
— Лучше сразу в резиденцию к Самому. Посидим нежно, пообщаемся…
Лицо Долгина уже поблёкло на коммуникационной панели, а Ли Перет всё сидел как истукан, созерцая мечущиеся по ежедневнику строчки. Взгляд не фокусировался — строчки не останавливались.
Устройство тонко и назойливо пищало, словно залетевшее в систему фильтров насекомое, но без контроля хозяина выйти из ступора не могло.
Что же делать? Просить срочно собрать директорат? Бухнуться в ноги Адамсу или Клокеру? Снимайте с меня полномочия, эти министерские твари спят и видят сунуть меня буфером между Севером и Югом?
Генерис закрыл глаза, и ежедневник захлопнулся.
Ли Перет знал, на что шёл, когда вступал в должность. Его предупреждали, что военное министерство уже много сотен лет подчиняется директорату Гендепартамента лишь формально.
Но тогда ему казалось, что у него есть силы и способности вернуть Империи настоящие приоритеты. Не войну или мир, но моральный закон необходимых решений. Битву за чистоту крови, а не за развязки у планетарных систем и военные заказы.
Он не знал, какой глубины достигла трясина политической лжи. Никого уже не интересует единство интересов Империи, лишь собственные амбиции и собственные грязные деньги.
Но и война при сегодняшнем раскладе — суровая необходимость.
Ли Перет бывал на Юге. Он видел его гнилую, сочащуюся трупным ядом изнанку. Его так называемых истников. Его мутантов-полукровок с разноцветными глазами.