Благодаря тому, что долгое время был заперт в этом теле, я видел, как голем орудует и одним, и вторым своим оружием. Причём дадао Бин Жоу применял в основном против людей и человекоподобных монстров, таких как цзянши, а за алебарду брался в крайних случаях при сражениях с более крупными монстрами.
Сперва подумал оставить гуаньдао в одной из телег, так как не хотел тащить на себе лишний вес, но всё же передумал и прихватил с собой. Да, вес этого чудовищного оружия был велик, но для моего нового тела это не доставляло больших проблем. Не скажу, что алебарда ощущалась, словно пушинка, но я понимал, что в этих лесах водятся монстры, против которых это гипертрофированное стальное весло будет лучшим вариантом.
Неприятное чувство, подсказывавшее, что задерживаться у разгромленного каравана долго не следует, подталкивало меня поскорее покинуть лесную поляну, на которой совсем недавно развернулась настоящая бойня. Возможно, это была вспышка паранойи, но может быть и так, что эта подсказка исходила из опыта и инстинктов тела. И во втором случае к этому чувству определённо стоило прислушаться.
Первое же движение в сторону от каравана переполняет меня новым, незнакомым чувством. Чувством того, что я теперь невероятно силён…
Моё новое тело — не просто шедевр, а воплощённый кошмар для любого, кто решится встать на его пути. Здесь в равной мере смешалась непривычная для этих мест генетика «северных варваров» и абсолютно бесчеловечная алхимия, влитая в Бин Жоу буквально с колыбели, литр за литром, превращая его плоть в оружие. В прошлой жизни я был щуплым, не слишком высоким и из-за больного сердца никогда не знал, что такое тренировки, кроме самой простой — ходьбы. И, признаюсь, не раз ловил себя на завистливом взгляде к тем, кто часами тягал железо в спортзалах. Но теперь… теперь любой, кто на Земле жил тренировками в режиме двадцать четыре на семь, увидев Бин Жоу, захлебнулся бы завистью. Даже Шварценеггер в свои золотые годы смотрелся бы на его фоне, как обычный парень из соседнего двора.
Два метра роста. Плечи такой ширины, что дыхание перехватывает само по себе. Мышцы, словно стальные канаты, подчиняющиеся малейшему движению воли. Сто тридцать килограммов чистой, выверенной до предела мощи, усиленной возможностями практика предельного ранга второй Ступени Возвышения.
На любом рынке Империи Бин Жоу возвышался над толпой, словно штурмовая башня над городскими стенами. Даже самые рослые стражи и воины едва доставали ему до плеча, а простые жители — и вовсе до середины груди. Точнее — теперь моей груди.