И самый последний мешочек, маленький, но самый ценный. Чуть меньше остальных, но сделан из лучшего шёлка и украшен экранирующими рисунками. В нём хранились духовные кристаллы. Развязав горловину, я заглянул внутрь и улыбнулся от осознания, какая ценная добыча мне сегодня досталась.
Десятка два небольших камней размером с фалангу большого пальца. Среди них не было ни одного, похожего друг на друга, но каждый обладал некой совершенной формой, будто лучший ювелир огранил их, чтобы подчеркнуть все достоинства.
Они переливались внутренним светом: одни — как сгустки лунного серебра, другие — с золотистыми прожилками, третьи — глубокого синего, как ночное небо. Тепло и лёгкая вибрация исходили от них волнами. Это была настоящая валюта мира практиков. То, что питало артефакты, усиливало техники, покупало знания и благосклонность сильных. То, что добывалось только из монстров, достигших Зарождения Магического Источника и выше. Ценность этого мешочка была просто астрономическая. И смертельно опасная, если светить ими направо и налево. К этим камням я добавил ещё один, кроваво-чёрный, добытый мной из тела лучника-цзянши.
Теперь загрузить скинутые на землю тюки обратно. Немного их помять, чтобы всё выглядело естественно, словно после длительного перехода.
В этих мешках были не только дорогие ткани, но и редкие травы, которые можно было довольно выгодно продать в любом имперском городе. У меня даже руки зачесались — угнать одну из нагруженных дорогим товаром телег и загнать её содержимое на ближайшем рынке. Но нельзя, это поставит под сомнение разыгрываемую мной легенду.
За исключением тайника и некоторого запаса еды, из каравана ничего не должно пропасть. Я не знаю, насколько умён и наблюдателен шпион, с которым назначена встреча на этой поляне, и не могу рисковать. К тому же законспирированные агенты редко бывают слепыми глупцами, так что, скорее всего, моя осторожность вполне обоснована.
Собранная сумка отправляется через плечо. Финансовые активы прячу уже сложнее — распределяю по небольшим кошелькам, которые взял из товаров каравана, а не снял с мёртвых тел, и приматываю к своему телу рулоном не самой дорогой, но очень прочной ткани, после чего всё это прячу под одежду. Несколько месяцев, проведённых в теле телохранителя «караванщика», наглядно показали мне, что воровство в имперских городах — явление вполне обыденное. Так что такая страховка не помешает.
Бин Жоу владел двумя видами оружия. Первое — массивный дадао, напоминающий разжиревшую помесь сабли и меча, — носил за спиной. Второе же было ужасающего вида алебардой в восточном стиле — гуаньдао. Почему ужасающего? Потому что его древко выполнено из стали и напоминает два приваренных друг к другу лома, а в качестве наконечника у этой алебарды находится такая штука, которая напомнила мне железное весло. Вес этого продукта чьего-то сумрачного кузнечного гения был не меньше двадцати пяти килограммов. Причём, из-за плотной кожаной обмотки во второй части древка, это гуаньдао лежало в руке довольно удобно и привычно.