Самые страшные открытия случаются не в чулане, а в центре твоей гостиной.
Обычно в субботу Андрей валялся до одиннадцати. Но сегодня поднялся в семь, шумно собираясь, и к девяти уже стоял на пороге в поношенной куртке и старой кепке.
— С Колей и Саньком на озеро, — бросил он, завязывая шнурки. — На сутки.
Я кивнула, продолжая вытирать стол. Его рыбалка с друзьями была такой же частью нашего распорядка, как моя субботняя уборка.
— Телефон-то возьмешь? — спросила я просто для галочки, уже зная ответ.
— Там связи нет Маш, да и только песок в разъем забьется, а телефон новый, жалко, — отмахнулся он, как всегда.
Он чмокнул меня в щеку — суховато, мимоходом — и вышел, хлопнув дверью.
Тишина после его ухода всегда была особенной. Не пустой, а густой, будто дом наконец выдыхал.
Андрей работал менеджером по продажам в фирме, которая торговала чем-то строительным. Трубы, смеси, утеплители. Деньги у нас были нормальные, не шиковали, но ипотеку платили исправно. Он часто пропадал на встречах с клиентами, но рыбачить ездил только с Колей и Сашей. Это был его священный мужской ритуал, и я его никогда не нарушала. Как и его личное пространство — старый потёртый кожаный диван в углу гостиной, где он валялся с ноутбуком, и тумбочка рядом с ним. В которой он хранил зарядки, пауэрбанки, наушники и прочий свой «гаджетовый» хлам. Я туда никогда не лезла. Там был его мелкий, неинтересный мне хаос.
Я принялась за дело с особым рвением. Генералка. Выбить всё, вымыть каждую полку, перебрать каждый угол. Я вставила в уши наушники. Любимый плейлист с забытыми песнями заглушал всё, и убиралось под него как-то легче, будто в собственном кино.
Через пару часов музыка внезапно смолкла. Я потянулась к телефону в кармане — экран был тёмным и не реагировал. Чёрт, совсем забыла поставить его на зарядку с вечера.
«Ничего страшного, — подумала я, — сейчас быстро подзаряжу и продолжу».
Я подключила свой провод к розетке, но индикатор на телефоне не загорелся. Покрутила штекер в разъёме, попробовала другую розетку — ноль. Шнур был старый, потрёпанный и, видимо, окончательно сломался. «Ну вот, замечательно», — пробормотала я, чувствуя, как раздражение подступает к горлу. Вечно так: идеальный порядок в доме, и какая-то ерунда ломается в самый неподходящий момент.
Выбора не было. Я не могла убираться в тишине, непривычно и скучно. Нужна была музыка. А значит, нужна была зарядка. Андрей, конечно, ворчал бы, что я трогаю его вещи, но сегодня он не дома. В его тумбочке у дивана, этом оплоте мелкого хаоса, наверняка завалялась лишняя.