— Аукнется мне когда-нибудь моя доброта, — усмехнулся Петр Петрович, — где-нибудь в районе вечной мерзлоты! Но давай-ка вернемся к нашим баранам, — предложил он Младенцеву. — Вернее, к одному — курсанту Абдурахманову!
— А ты знаешь, Петр Петрович, а я даже рад, что это не наш Резников! — признался начальник училища. — Не представляю парня в таком… виде…
— Илья геройски погиб! — произнес Петр Петрович. — Вечная ему память! Это даже возникший на его месте новый Резников прекрасно понимает.
— Так он… поэтому Абдурахмановым стал? — догадался генерал-майор.
— Именно! — кивнул оснаб.
— Черт! Чем дольше живу, тем меньше понимаю! Хотя вроде бы все наоборот должно быть.
— Я знаю только то, что ничего не знаю, но другие не знают и этого, — процитировал оснаб изречение, приписываемое историками древнегреческому философу Сократу.
— В яблочко! — усмехнулся Младенцев.
— А этим словам, между прочим, уже несколько тысячелетий! Ничто не ново под луною[1]!
— Действительно, — согласился с Петровым генерал-майор. Был бы верующим, сказал бы — чудны дела твои, Господи[2]!
— Давай ближе к телу, Семен Иванович! — Вернул задумавшегося генерала в рабочее русло Петр Петрович.
— Значит, тебе нужно в кратчайшие сроки инициировать деда? — переспросил начальник училища.
— Нам, товарищ генерал-майор! — ненавязчиво поправил собеседника оснаб. — Мои полномочия предусматривают постановку задач неограниченному кругу лиц, если это потребуется для выполнения задания!
— А оно потребуется… — вздохнул Младенцев.
— Уж, извини, Семен Михайлович — служба такая!
— Я вот о чем размышляю, — произнес Младенцев, — ведь у старика уже не первый Всплеск?
— Невозможно сказать это с точностью, — покачал головой оснаб. — Если принять за точку отсчета уничтожения группы Аненербе — то не первый.
— А если не первый, то он уже должен был спонтанно инициироваться! Ведь заморозил он того капитана…
— Заморозил, — подтвердил оснаб. — Еще неожиданный и спонтанный Всплеск случился, когда мы пытались разобраться, что же на самом деле произошло в самом начале…
— И какой направленности? — Тут же подобрался генерал-майор.
— Тектонико-геологической! — не скрывая кривой улыбки, произнес оснаб. — Всю Москву так тряхнуло…
— А! Так вот что это за землетрясение было! — воскликнул Младенцев. А мы тут себе всю голову сломали! Хоть и в Подмосковье расположение, а и нас знатно тряхнуло!
— Только его аура и после этого осталась девственно чистой! Словно он только-только пробудился! А что там произошло в действительности — мы не знаем! Эти участки памяти не открылись даже после вмешательства группы Капитонова-Мордовцева!