— Пали геройски, — ответил оснаб, — в неравной битве с диверсионной группой врага, в составе которой было минимум два эсэсовских Жреца! Один из которых Некромант! Представляешь, что было бы, просочись эта группа в наш тыл?
— Какие были парни! — сокрушаясь, произнес генерал-майор. — Все как на подбор! Не то что нынешняя шантрапа! Все из наших рабоче-крестьянских семей! С крепким понятием политики партии и товарища Сталина!
Ага, а о настоящем происхождении Петрова генерал-майор похоже не в курсе.
— Знаю, Семен Иванович! — согласился Петров. — Знаю — самолично каждого отбирал! И не подвели парни! Хоть и сами все полегли, но и враг не сумел тайно на нашу территорию просочиться…
— Вот, я и говорю, что душа за этих ребят болит! Ноет… и днем, и ночью… как проклятущая! Как тогда, в сорок первом… под Москвой… Скольких мы еще оставим в холодной земле? А ведь им… — Младенцев обхватил голову своими огромными ручищами, — еще бы жить и жить!
— Еще многих, Семен Иванович… Очень многих… Но мы победим, и наши потомки будут помнить вечно их имена!
И эту информацию товарищ оснаб отнюдь не с потолка взял! Сколько лет минуло, а потомки до сих пор помнят имена своих предков-героев и подвиги, совершенные ими во имя мира на земле! И все они, все до единого, ежегодно выходят на торжественный парад в лице своих детей, внуков и правнуков в составе Бессмертного полка во всех уголках земного шара! И память о них будет жить вечно в наших сердцах!
Семен Иванович как-то странно посмотрел на командира:
— Ты так говоришь, товарищ оснаб, как будто точно что-то знаешь об этом.
— Извини, Семен Иванович…
— Понимаю… секретная информация… Но мы же победим?
— Победим, товарищ генерал-майор! И в этом нет никаких сомнений!
— Каких парней теряем! — воскликнул Младенцев. — Каких парней! А эти… из нового набора пробужденных — тьфу! — Начальник училища скривился, как будто проглотил мерзкого слизняка. — И где только насобирали таких?..
— Неужели все так плохо, Семен Иванович? — участливо поинтересовался Петров.
— Ты не представляешь, как! — немного нервно воскликнул начальник училища. — Это просто какая-то инертная амфорная масса! Без внутреннего стержня! Без стремления чего-то достичь! Такое ощущение, что им навалить на все с высокой колокольни! Прямо-таки скажу — с откровенной гнильцой нынешний набор Силового отделения!
— Прямо-таки все? — не поверил Петр Петрович.
— Да нет, конечно, — покачал головой генерал-майор. — Это я так утрирую и ворчу — и нормальные есть. Но это — самый слабый из всех наборов! В основном — дети высокой партийной номенклатуры и военачальников, которые из тех… бывших Сенек. Почему же наших ребят так мало пробуждается? Настоящих пролетариев, «от станка и от сохи»?