Опустился в кресло и взял трубку. Затянулся глубоко, выдохнул.
— Я так рад, что с тобой ничего плохого не случилось. Кажется, ты сейчас в прекрасной форме, и телесно, и душевно. И как оно, весело на заливе Деси?
Клейн, заранее уже подготовивший отговорку, спокойно улыбнулся.
— Да я на залив Деси не ездил. Поехал в итоге в Констант. Хе-хе, я перед этим ввязался в кое-какую заваруху в Бэклэнде, и мне оставалось только искать укрытие.
Шерлок Мориарти был джентльмен из Мидсишира, с лёгким тамошним акцентом. Для него было вполне естественно вернуться в родной город, когда стал причиной каких-то неприятностей, а Констант был столицей Мидсишира.
— Я знаю, — мрачно ответил Исенгард.
Он не расспрашивал, в какие неприятности Шерлок ввязался, только сказал с улыбкой:
— В общем, добро пожаловать снова в Бэклэнд. Обращайся, если нужна какая-нибудь помощь.
Клейн не стал церемониться, сразу поведал:
— Пришёл я, потому что, во-первых, мы и вправду очень давно не виделись, а во-вторых, я бы хотел, чтобы ты продал от меня мою долю в Бэклэндской Велосипедной Компании. Хе-хе, все документы на месте, и больше никаких процедур не нужно.
Чтобы сыграть роль таинственного магната и выплатить мисс Посланнице десять тысяч золотых монет, Клейн собирался не только продать те предметы, что приносили ему мало пользы, но и отдать последние десять процентов своей доли в Велосипедной Компании Бэклэнда. Всё-таки Шерлоку Мориарти долго нельзя было полноправно появляться.
— Ты и вправду собираешься её продавать? — спросил Исенгард, потëр трубку и продолжал. — Хоть я никогда деловым человеком не был, но могу сказать, что велосипед — изделие весьма ценное, и его можно повсеместно продвигать. Его коммерческий успех пока что едва забрезжил на горизонте, достичь предела ему ещё только предстоит. Уйму денег потеряешь, если продашь сейчас.
— Покупатель и рад будет значительно повысить цену из-за ожидаемой ценности, — усмехнулся Клейн. — Думаю, людей, которые могут определить ценность велосипеда и его будущее, немало. А Фрамис и Леппард явно не желают на этом этапе сокращать какие-либо свои доли. Должно быть, нетрудно продать мои десять процентов за цену, вдвое или втрое превышающую обычную. Изенгард, расценки на доли относятся не к настоящему времени, а к будущему велосипеда.
«Показать покупателю и инвестору заманчивую историю и нарисовать светлое будущее крайне необходимо! Конечно же, ценность и будущее велосипеда от меня дополнительных вложений не требуют. Любой человек с малейшим деловым чутьём это скажет. Одна лишь трудность — производство резины…» — Добавил Клейн про себя.