Медведев же был категорически не согласен с напарником. По его мнению, все члены экипажа должны были придерживаться строгой экономии, причём начинать беречь ресурсы нужно было незамедлительно. Во-первых, считал он, это действительно продлит им жизнь. Да, будет трудно, но единственное, за что стоит сейчас бороться, — это время. А во-вторых, выигранное таким образом время можно будет использовать для поиска выхода из ситуации. Нельзя отчаиваться, доказывал он всем, кто придерживался точки зрения Балычева. В истории мореплавания, раннего освоения космоса, да и во всей истории человечества, говорил он, полно примеров нежданного спасения, приходившего к людям в самый распоследний момент. А не дотяни эти люди до этого последнего момента, не видать им было бы счастливого конца.
Вот в этот-то момент в тускло освещённое помещение кают-компании и вошёл Ильин. Капитан Сопкин, до этого момента не участвовавший в споре, поднял руку, требуя тишины, и поднялся с пола.
— Ну что, Владимир Иванович, удалось что-нибудь выяснить насчёт остальных капсул?
Ильин выглядел измученным, но в глазах физика горел какой-то странный задорный огонёк. Сопкин хорошо знал старого учёного и сразу догадался, что эти сложнейшие сутки сейчас могут сжалиться над бедными заложниками космоса и выдать наконец хорошие вести. Ильин устало кивнул и улыбнулся:
— Да, ребята. Кажется, у меня есть чем вас порадовать.
Экипаж мгновенно умолк. Спорщики разошлись по разным концам отсека, оставшись каждый при своём мнении, а их группы поддержки заинтересованно глядели на физика. Ильин не стал тянуть с новостями.
— Я изучил открытую капсулу, — начал он, — и в ней, друзья мои, кровь красная. Под микроскопом ни в какое сравнение не идет с той синей жижей, которая наполняла вены нашего таинственного ихтиандра.
— Вы уверены? — недоверчиво спросила Валерия. Она была полностью уверена, что то существо в секционной «О-1» вылупилось именно из инкубатора на корабле. Больше ему, собственно, и взяться-то было неоткуда.
— Да, Валерия, я уверен. Хоть я и физик на этом корабле, но моя первая квалификация всё же антрополог. У наших с вами профессий много общего, и уж отличить под микроскопом кровь млекопитающего от крови непонятно кого я в состоянии. Хотя буду признателен, если завтра вы изучите образцы, которые я получил, и подтвердите мои выводы.
— Постойте, — проснулся геолог Васильев, — но разве это не усложняет ситуацию?
— Да куда уж сложнее? — ответил ему Медведев.
Сопкин покачался на каблуках и начал размышлять вслух:
— Получается, на корабле имеется тело ихтиандра (пока будем так его называть), а из инкубатора вылупился человек? И какие выводы можно сделать?