Вершинин откинулся в кресле. Перегрузка была терпимой, но его всё равно укачивало. Нужно было выждать время. Он ещё раз убедился в том, что груз под брюхом цел и платформу не относит в сторону «Марка». Через пару минут он начал хаотичные попытки выправить курс. Делал он это осторожно, так, чтобы не вызвать подозрений у возможных наблюдателей. Ориентироваться было трудно, так как они с Медведевым успели отключить все системы позиционирования. Если эти твари и наблюдают сейчас за «тщетными» попытками Вершинина выровнять курс, то не должны догадаться, что эти попытки не такие уж и «тщетные». На самом деле всякий раз, когда Сергей включал двигатели малой тяги, он уводил буровую платформу в сторону от «Осириса» по большой дуге. Все системы позиционирования были отключены заранее. Ему нужно было сориентироваться на месте и облететь огромный звездолёт ваэрров. Виктор объяснил Вершинину, как можно понять, где именно находится их корыто. Спустя десять минут Вершинин уже чётко видел «масштабы бедствия». Этот долбаный крейсер ваэрров был действительно огромным — раз в пять больше по сравнению с «Осирисом», а с «Марком» так и вовсе не сравнить.
Что ж, лететь придется долго, нужно было запастись терпением. Виктор же за это время должен был проникнуть на «Осирис», разыграть психа и ранить Ильина. Вершинин очень надеялся, что у друга хватит на это сил и воли. Всё-таки не полиграф пытается обдурить, а сверхтехнологичную расу.
Когда он напрямую спросил друга о том, каким именно образом он планирует провернуть этот фокус, тот только ухмыльнулся и ответил странной фразой: «Мне Сопкин поможет. Мы с ним такого Шекспира разыграем для наших гостей — они с попкорном смотреть будут. На тебя вообще внимания никто не обратит».
Вершинин так и не понял, о чём говорил его друг, но Медведь был так уверен в себе, что просто не дал ему повода усомниться. Ещё Медведеву нужно было уговорить Ильина взорвать корабль только после того, как ваэрры его захватят. А в том, что это произойдёт, Виктор вообще не сомневался.
Задача же Вершинина была куда проще. Ему всего-то и надо было подлететь к корме этих болванов и примоститься поближе к соплам их двигателей. Всё. Дальше они сделают всё за него. Как только включатся их двигатели, груз сдетонирует, и этим чёртовым ваэррам придётся ой как несладко.
Вершинин не ощущал страха. В прошлом он был человеком военным и не раз бывал в серьёзных замесах. Если дело того стоило, умереть за него было не страшно. Страшно было проиграть. Нельзя недооценивать противника. Что, если весь план Медведева у этих ваэрров как на ладони? Что, если они уже просчитали все варианты? Что угодно могло пойти не так. Самым ужасным казался вариант, при котором ваэрры никуда не улетят, а воспользуются каким-нибудь иным способом перемещения в пространстве. Кто их, ваэрров, знает, какими технологиями они обладают? Медведев изначально исходил из того, что для активации их супернавороченных гравидвигателей им сначала придётся разогнать свой гигантский корабль обычными двигателями. Даже раса, обладающая супертехнологиями, не может обойти законы физики. Но если этого не произойдет, Вершинин будет обречён на медленную смерть в крохотной кабине буровой платформы.