Синак почему-то не сомневался в том, что подобного масштаба маневры просто обязаны быть интересным и захватывающим действом. В пользу этого говорило и напряжение, царившее сейчас на ЦП — все офицеры были сосредоточены до предела, их действия были отточенными и четкими, а доклады лаконичными. Однако вся операция заняла не более пяти минут, что сильно удивило ученого. Сражение с маяками ваэрров вышло до скучного скоротечным, Синак ожидал большей динамики, большего накала страстей. На деле же оказалось, что вся операция «Сатурн» была поделена на три части. Первая заключалась в том, чтобы все экипажи вышли на боевую позицию в одно и то же время — слишком уж на разном удалении были ваэрровские маяки от Земли. Собственно, это и было самой длительной и сложной частью, которую Синак, разумеется, просто пропустил, придя лишь к развязке.
— Первая фаза…товсь! — отдал приказ Касаткин по дальней связи сразу всем кораблям. Дождавшись отклика «Есть товсь» , он сухо скомандовал:
— Пли!
Самих атак Синак не видел, да и за спинами офицеров сложно было вообще что-либо разглядеть на небольших экранах центрального пульта управления. Реджи лишь услышал кодовые фразы и результат атак. Позже он узнал, что каждый из кораблей использовал для первой атаки какое-то одно вооружение — кто ядерный заряд, кто лазерную турель, кто гравиловушку (она же гравистазис), кто простые торпеды. В целом на ваэрровских маяках за одну атаку испытали все основные виды вооружения землян. Каждому из вооружений был присвоен свой номер. Спустя минуту после первого залпа на ЦП посыпались доклады:
«Первый номер — отрицательно!», «Второй номер — отрицательно!», «Номер три — отрицательно!»… И так, собственно, все одиннадцать попыток. С каждым новым докладом Касаткин хмурился все больше. Нетрудно было догадаться, о чем именно он думал — наверняка опасался того, что Реджи Синак окажется прав, утверждая, что ваэрры попросту заманивают флот землян в ловушку. Собственно, об этом же говорили и некоторые из его офицеров. Не все, но всё же такие были. Выдохнул Касаткин лишь после того, как после его второй команды «Плазменными — пли!» посыпались совсем иные, восторженные доклады. Все корабли отчитались об успешном поражении целей. За докладами последовали и видеодоказательства.
Только сейчас на ЦП «Вольного» прозвучала команда «Отбой боевой тревоги», и все офицеры выдохнули с облегчением. И, правды ради, было из-за чего напрягаться. Вполне могло статься так, что первый успешный боевой контакт Касаткина действительно был условной жертвой пешки со стороны ваэрров. Кто знает, насколько ценными в их мире были эти маяки? Но сегодня незваные гости потеряли еще одиннадцать своих аппаратов, что на жертву или уловку уже никак не тянуло. Какой именно ущерб нанесли земляне враждебной расе, было по-прежнему непонятно, ясно было лишь то, что теперь ваэрры лишились всех своих маяков в Солнечной системе. Да, счет был все еще не в пользу людей — слишком уж долго пришельцы измывались над сознанием всех живых существ на планете Земля, слишком много людей из-за этого погибло, слишком круто под таким воздействием поменялась геополитика планеты. То, чем занимались ваэрры, безо всякого преувеличения можно было назвать геноцидом человеческой расы. Так что этот ущерб врагу, пусть и минимальный, но все же крайне важный в эмоциональном плане, давал людям надежду на то, что им все же удастся уничтожить захватчика или прогнать его со своей территории. На ЦП чувствовалось сдержанное ликование. Глядя на невозмутимого адмирала Касаткина, его офицеры не позволяли себе проявлять бурный восторг, но в их глазах отчетливо сияла радость. Лишь один Синак знал, что все это не имело никакого смысла. Лишь ему была доступна информация о грядущем будущем.