Поэтому в первую очередь нужно было восстановить силы, и уже затем думать, как поступить. Бедствие может я и убил, но столпы всё равно представляют большую угрозу, как и Пустой. Их сбрасывать со счетов нельзя. Это я уже молчу про колоссов. Хорошо, если среди них попадутся слабаки, но такое как правило редкость. Один такой будет представлять угрозу целому городу, а если десятки нападут на столицу? Тут князьями не запасёшься и главами родов, чтобы всех убить.
Чем больше я об этом думал, тем сильнее болела голова. Поэтому уже в который раз за день я отбросил мысли в сторону и просто расслабился. Эта победа нелегко мне далась, а впереди предстоял последний рывок к цели. По крайней мере на это хотелось надеяться.
После победы отец Вадима вместе со своей дочкой ушли в лагерь, помогать раненым слугам и бойцам. Я остался с Вадимом наедине, в то время как остальные были заняты делами. Уверен, много кто хотел со мной поговорить, чтобы хотя бы узнать подробности о Фениксе и о моих новых силах, но я по рации всем дал понять, что это подождёт, и что сейчас нужно сосредоточиться на раненых и эвакуации.
В общем-то, остался я с Вадимом из-за его ран. Самого себя лечить магией было легко, а вот других тяжелее. Вадим, что походу боя лишился руки и глаза, был ярким тому примером. У меня ушло минут двадцать только на то, чтобы восстановить зрение и конечность, а ведь были и другие травмы.
Зато пока я этим занимался, он практически не чувствовал боли, и я мог узнать от него все интересующие меня подробности.
— Твои люди пострадали меньше всего. Потерь среди личного состава практически нет. Опыт сражений с химерами дал о себе знать. Скажу честно — они получше многих Витязей сражались, — говорил мой друг, пока я занимался его травмами. — Ещё себя показала Гаврилова. Принц не очень горел желанием её видеть, и поэтому приставил её ко мне, чтобы я за ней следил. Так она как увидела тебя верхом на Вороне, и как ты без страха полетел убивать дракона, так сразу воодушевилась и пошла помогать нам с химерами. Невидимостью в бою оказывается очень удобная штука, особенно когда можно артефакты незаметно использовать.
Я невольно усмехнулся. Что ж, кто бы подумал, что ситуация развернётся под таким углом. Что ещё забавно — в бою я даже не обратил внимание, как сработали мои артефакты. Кольцо, подаренное принцем, было разряжено, как и защитные артефакты, подаренные императором. До меня только дошло, что если бы не они, может я ту атаку и не пережил бы.
Вот так находишься на грани смерти, а то что ты был близок к ней, осознаёшь уже после боя. Только если в молодости я ещё испытывал страх, то теперь это вызывало либо усмешку, либо безразличие. Чем чаще смотришь в глаза смерти, тем привычнее на неё реагируешь. В конце-концов становится тяжелее проявлять свои эмоции.