— Плантаторы взвоют, — заметил Линдхерст.
— Плантаторам нужны рабочие руки, — возразил Абердин. — Если им предложить альтернативу, они могут оказаться сговорчивее, чем кажется. — Он позволил себе лёгкую паузу. — Ирландия в этом смысле являет собой неисчерпаемый ресурс. Мы можем переселить тысячи ирландцев в Техас вместо рабов. Работать они умеют. А обходиться будут ненамного дороже.
Гоулберн посмотрел на него с выражением человека, который не уверен, шутят ли с ним.
— Вы серьёзно?
— Наполовину, — ответил Абердин. — Но только наполовину.
— Парламент оценит отмену рабства, — сказал Линдхерст, возвращая разговор в деловое русло. — Это хорошее моральное прикрытие для всей операции.
— Именно для этого и нужно, — кивнул Абердин. — Дизраэли вчера спрашивал, есть ли у Британии принципы. Вот вам принцип. И, что немаловажно, — совершенно искренний.
Пиль, молчавший последние несколько минут, наконец поднял голову.
— Джордж. Орегон.
Абердин слегка поморщился.
— Да.
— У нас уже тридцать лет висит неурегулированный вопрос о границе в Орегоне. Компания Гудзонова залива там уже который год требует определённости. И теперь вы предлагаете добавить к этому ещё одну границу с американцами — на этот раз в Техасе. Вашингтон и без того смотрит на нас косо. Что будет, когда они поймут, что мы закрепляемся у них под боком?
— Разумеется, они будут недовольны, — согласился Абердин. — Но недовольство — это не война. А если дойдёт до разговора о войне, пусть сначала объяснят Конгрессу, на каком основании они претендуют на суверенный Техас, признанный Британской короной. Юридически мы будем в значительно более сильной позиции, чем они.
— Юридически, — повторил Пиль. — Вашингтон читает законы так, как ему удобно. Это их национальный талант.
— Тем не менее общественное мнение в самих США неоднородно. Новая Англия не горит желанием расширять рабовладельческие территории. Если Техас под нашей эгидой отменяет рабство — мы получаем союзников внутри самих Штатов. Это не слабая позиция.
Пиль барабанил пальцами по подлокотнику. Встал. Прошёлся к окну.
— Аламан намекает на переворот в Мехико?
— Нет, — усмехнулся Абердин. — Не намекает. Говорит прямым текстом и просит четверть миллиона песо.
Гоулберн тихо фыркнул.
— Недурной аппетит. Они там перевороты и бесплатно делают.
— Я думаю, — поддержал казначея Линдхерст, — что ваш Аламан действует по восточной поговорке: «Нужен осёл? Проси коня, может, верблюда дадут». Думаю, пятидесяти тысяч им будет достаточно.
— Дело не в деньгах, — сказал Пиль, не оборачиваясь. — Дело в том, что если станет известно, что британское правительство финансировало государственный переворот, Дизраэли будет говорить об этом до конца своей жизни.