«Ты веришь в любовь с первого взгляда?» — услышал голос Айрин в своей голове.
— Я верю в родственность душ, — посмотрел ей в глаза.
«Что такое родственность душ?»
— Это знание открылось мне вместе с даром и воспоминаниями о прошлой жизни.
«И что это значит?»
— Что у каждого человека есть родственная душа. Она перерождается из жизни в жизнь вместе с его душой. Это тот человек, кого ты уже любил в прошлой жизни. То есть… — я вздохнул, — ты не влюбляешься в него, ты вспоминаешь свою любовь к нему.
«И у меня есть такой человек?»
— Да.
«И у тебя?»
— Да.
«Ты знаешь, кто это?»
— Я его ещё не встретил.
«Как ты это понял?»
— Из прошлой жизни мне известно, что мысли единственного человека я не смогу прочитать. Он — моя родственная душа.
«А как обычный человек — без такого дара — сможет понять, что встретил свою родственную душу?»
— Наверное, — я никогда раньше не задумывался об этом, — почувствовать…
После последней исповеди Айрин не приходила на утреннюю молитву вот уже семь дней. За это время Бог мог заново создать Землю.
Я думал, что чем-то обидел её. И мысли о ней не давали сосредоточиться на том, что должно было занимать меня. Эти семь дней я сомневался, готов ли принять сан.
Старый священник не торопил меня:
— Это решение ты должен тщательно взвесить, потому что отменить его будет невозможно.
— Наверное, я никогда не буду готов, — воскресную исповедь он вёл сам, и я последний исповедовался ему. Как только я озвучил эту мысль, понял, что так думала Айрин.
В этот день я впервые признался себе, что скучаю по ней.
— Всему своё время, сын мой, — ответил мне священник.
— Скажите, вы верите в реинкарнацию?
— Церковь отвергает все представления о перевоплощении души человека.
— А вы?
— Ежели душа верит, я не имею права переубеждать…
— Я смогу с такой верой принять сан?
— Скажу так: это не помешает тебе принять сан. Но есть и другие препятствия, которые могут встать на твоём пути.
— Знаю, — вздохнул я, вновь думая об Айрин.
На следующее утро я встретился с ней глазами на молитве. Это была первая молитва, которую читал перед прихожанами я.
«Я скучала!» — послала мне она и улыбнулась.
Я смущённо опустил глаза в пол и продолжил читать.
После молитвы я вышел на свежий воздух. Айрин почти сразу оказалась рядом, я даже отдышаться от непрерывного чтения не успел.
— Привет, Айрин, — откашлялся я, посмотрев на неё.
Если в первую встречу я разглядел в ней лесную фею, то в этот раз она была настоящим солнцем. Не помню, чтобы у неё было так много веснушек, или я просто не смотрел на неё так внимательно. Рыжие волосы были собраны в небрежный пучок на макушке, но несколько коротких прядей спадали на лицо. На ней было бледно-жёлтое платье с длинным рукавом. А на ногах — всё те же грубые ботинки, которые снова выбивались из её тёплого образа.