Воронцов усмехнулся собственным мыслям, и я поймал себя на том, что неосознанно повторил его улыбку. Вот умеет всё-таки старик народ на одну с собой волну завлечь!
— Для нас с вами, товарищи оперативники и ликвидаторы, куда больший интерес представляет то, что данный жертвенник как минимум на полвека старше, чем первые задокументированные случаи одержимости. Более того, вокруг алтаря простирается полноценный некрополь. К настоящему моменту нам удалось извлечь останки чуть менее полутысячи человек из различных эпох, вплоть до современности. Однако специалисты продолжают находить всё новые и новые точки скоплений тел. И это уже даёт основания утверждать, что мы обнаружили самый массовый могильник во всём мире.
Воронцов веско поднял палец, ставя акцент на сказанном, и по залу прокатилась волна возбуждённых шепотков. Абсолютно все напряглись, ожидая, какой же вывод сейчас будет озвучен…
— Опираясь на эти и прочие сведения, наши эксперты по аномальным внеприродным проявлениям вынесли заключение — данный объект является первичной точкой появления иномирной сущности высшего порядка в нашем мире! — объявил комиссар. — Наконец-то у нас появился след, который тянется прямиком к Зверю, стоящему за столетним горем нашего общества! Демоническое создание, больше века державшее распахнутыми врата между мирами, должно пасть! Это решающий момент, товарищи ликвидаторы, ради которого мы с вами приносили присягу. Поэтому, моя личная просьба, адресованная каждому из вас — берегите себя. Когда мы отправимся приканчивать эту мразь, вы мне понадобитесь живыми и злыми!
Народ из зала выходил в немом ошеломлении. Никто не мог поверить, что где-то забрезжил долгожданный финал бесконечной бойни с инфернальными отродьями. Даже мы с Колей покидали помещение в глубокой задумчивости.
— Морозов! — услышал я вдруг свою фамилию.
Обернувшись, увидел, что к нам с напарником спешит Воронцов, сильно прихрамывая на левую ногу. Но всё же для своего возраста ковыляет он весьма и весьма резво.
— Здравия желаю, товарищ комиссар, — поприветствовал я его.
Рядом Захар вытянулся в струнку, опасливо косясь на меня. Кажется, Николай пытался угадать, какой давний конфликт связывает меня с этой легендарной личностью, известной во всём Комитете.
— Глазам не верю! Я уж думал ты на пенсии давно! — хрипловато рассмеялся Воронцов. — А ты всё как молодой службу тянешь? И откуда запал такой?
— Бог с тобой, Степан Антонович, кто ж меня отпустит? — ухмыльнулся я. — Рушко говорит, на мне ещё пахать и пахать.
— Да ты слушай этого остолопа больше! — поморщился собеседник. — Я всегда твердил, что он любитель на чужом горбу в рай въехать. Ну а с тобой кто? Напарник твой?