Оранжевая Республика. Блумфонтейн. Отель «Эксельсиор»
24 февраля 1900 года. 05:00
Проснулся с трещавшей как бубен головой, ибо все-таки саданул перед сном два полных стакана вискаря в качестве снотворного. Ну никак не мог заснуть — мысли, мысли… так и свихнуться можно…
— Нахрен оно тебе, дураку, надо? — в голос рявкнул отображавшейся в зеркале похмельной морде и потопал принимать ванну. Долбаный прогресс: до обыкновенного душа не додумались. Надо будет на досуге озаботиться и подстегнуть процесс.
Чуть ли не покрылся инеем в ледяной воде, но похмелюгу прогнал. Потом думал, что делать с порядочно отросшей за это время бородкой.
— М-да… — Немного поколебался и решил оставить растительность, правда, оформив ее в аккуратную эспаньолку. Вот так, почти идеально, даже авантажно. Ну не бреются сейчас мужики наголо — все с бородами разной степени лохматости. Буры, так вообще…
— Герр Игл, завтрак… — В номер вошла молоденькая миловидная мулаточка в аккуратной форменке с кружевным передничком и наколкой в курчавых волосиках. — Ой… — Девица чуть не уронила поднос с кофейником, увидев постояльца в полностью разоблаченном состоянии. А потом плотоядно улыбнулась и с намеком уставилась мне пониже пояса. Вот даже как?
— Сколько? — Я ни минуты не колебался.
— Пять шиллингов! — с готовностью отрапортовала горничная. — Это если быстро. Десять — за всю ночь.
— Давай…
Потом, посматривая на ритмично работающую курчавую головку горничной, я думал, что не так уж все плохо на рубеже веков. Ух-х… а мастерица, однако… хотя нет… скорее энтузиастка…
— Вы довольны, герр Игл? — Девушка промокнула себе ротик кружевным платочком и уставилась на меня, как примерная школьница на учителя.
— Доволен. — Я достал из бумажника несколько монет и подвинул к горничной. — Как тебя зовут, малышка?
— Луиза, — девушка ловко цапнула денежку, спрятала монетки за корсаж и присела в книксене, — Луиза Мария, герр Игл.
— Вечером буду поздно, но чтобы дождалась меня. Поняла?
— Как скажете, герр Игл… — Горничная ловко сервировала мне завтрак и, еще раз присев, чуть ли не вприпрыжку радостно выскочила из номера.
— А жизнь-то налаживается, мистер Игл… — Я выбрал круасан порумянее и с хрустом впился в него. — Так и фоефать феселее…
После завтрака щелкнул крышкой трофейного «брегета» и под бравурную мелодию примерно распланировал сегодняшний день. Только примерно, ибо сами знаете…
В конюшне обеднел еще на один шиллинг, уже в пользу конюха, образцово обиходившего моего «росинанта», и припустил рысью в госпиталь, не забыв по пути прикупить корзинку цветов.