— Больно надо! — Лизавета кардинально покраснела, фыркнула, круто развернулась и убежала. — Я вообще случайно…
— Заходите еще…
Процесс помывки прошел благополучно, меня никто не съел, а Лиза больше не подсматривала. Оделся, затем разыскал в трофеях пару чистых портянок, с удовольствием намотал их и натянул сапоги, которые оказались теперь как раз впору. Порядок…
Как ни странно, костер уже горел, Лиза даже не забыла водрузить на него котелок с водой. Выбор продуктов своим ассортиментом не поражал. Мешок твердого как камень резанного на полосы круто перченого вяленого мяса — судя по всему, знаменитого билтонга, — мешок апельсинов с лимонами и несколько мешочков поменьше с разными крупами. Бутыль какого-то масла, полукруг непонятного, но очень вкусного жирного сыра, сухари, связка чеснока и мешок картошки. Да, еще сахар, кофе, пара больших хлебов, мед и бутыль рома.
Поступил очень просто: что такое ирландское рагу, знаете? Если знаете, то вы меня поняли. В котел полетели все ингредиенты, кроме фруктов, сахара и кофе. А потом зажег керосиновую лампу и с бурчащим от голода желудком сел разбирать трофеи, так как не удосужился до сих пор этого сделать. Что очень плохо, даже совсем отвратительно: трофеи — дело святое, и отношение к ним должно быть соответствующее, трепетное. А Лиза, по собственному желанию, стала мне помогать. Или просто побоялась находиться одна, так как из окружающей нас темноты доносились порой вовсе душераздирающие вопли.
— Ловко вы их убили… — восхищенно прошептала Лиза, передавая мне седельные сумки с коня убитого офицера.
— Меня можно называть просто Михаил или Миша. — Я открыл первую сумку и стал выкладывать вещи на одеяло.
— А можно Мишель? — полюбопытствовала девушка и не удержавшись схватила какой-то кожаный мешочек.
— Нет.
— Ну почему-у-у? Я привыкла во Франции… Ой, смотрите, что я нашла! — В руках Елизаветы что-то блеснуло. — Ух ты!!! Это золото⁈
— Наверное, золото… — Я повертел в руках маленькую, отблескивающую в пламени костра лепешечку. — Отложите в сторону и к нему складывайте остальные ценности. Елизавета Григорьевна, а как вы оказались в отряде генерала Кронье?
— Следом за Антошей… — глаза девушки наполнились слезами, — а его убили…
— Кто такой Антоша?
— Никто… — Лиза не сдержалась и в голос заревела.
Я в свое время подивился, как она легко относится к смертям вокруг себя, но только сейчас понял, что Лиза находилась в своеобразном шоке — и вот наконец ее прорвало. Но в таких случаях помочь проблематично; надо просто дать выплакаться, а если возможно, даже поплакать вместе… Не надо смеяться, весьма действенное средство! Но рыдать на пару с девушкой я не стал, а просто гладил ее по волосам и шептал утешительные слова — всякую добрую ерунду.